Вариативная машина
- Сборник
- Весенний конкурс (2022)
- Чем тире от дефиса отличается?
- Ничем! Соси хуй и иди нахуй, душнила ёбаная!
- Хуесосенко, как ты разговариваешь с учителем?! Вон отсюда, завтра с родителями в школу!
Тут же последовал удар по голове. Странно, в этот раз было совсем не больно, только звон в ушах, но пробуждение этот удар ускорил.
- Хуесосенко! Падло! Вимкни телефон! Сука! Дай сюди!
Берсерк поднял глаза и уставился на подбежавшего солдата.
- Ти арту на нас наводиш! Усіх русня покладёть, гнидо!
Из-за крыш пятиэтажек спального района показались бесшумные огненные точки и стали быстро приближаться к батарее "Градов". Солдат выронил автомат и осел на землю рядом с Берсерком:
- Усё. Пиздец нам.
Через несколько секунд парк затопило прозрачное пламя кучно ложившихся снарядов реактивной артиллерии. Берсерк поднял руки и с интересом наблюдал, как пламя медленно обжигает ладони, срывает обугленные лоскуты одежды, кожа на руках не успевает пойти пузырями, она просто испаряется, за ней в пар превращаются мышцы, кости, потом сознание гаснет.
Теперь было холодно. Адский холод сковал всё тело, снегом залепило лицо. Жутко болел весь левый бок. Берсерк провёл ладонью по лицу и попытался подняться, но не смог. Левая нога, видимо, была сломана в щиколотке. Что-то грохотало поблизости, и Берсерк повернул голову в сторону шума. От него по снежной пустыне удалялся светящийся прямоугольник. Берсерк не сразу понял, что грохот издаёт удаляющийся поезд, а светящийся прямугольник - это раскрытая настежь дверь последнего вагона. Берсерк встал на четвереньки и пополз вслед за уходящим поездом. Холод быстро вытянул всё тепло из организма, озноб выстукивал мелодию крошащимися зубами. Каждый метр давался вдвое труднее, чем предыдущий. Силы уходили вместе с остатками тепла и Берсерк скрючился на шпалах. Вместо холода вдруг пришло тепло. Стало уютно на этой высокой насыпи, продуваемой всеми ветрами. Хотелось спать. Спать в пушистом, мягком снегу. Подставить лицо секущим кожу льдинкам и спать. Щекой на стальном рельсе, раскалённом на морозе до нежного звона...
Теперь Берсерк сидел в кинотеатре. На нём был китель, сапоги, живот стягивал тугой ремень. На левом колене лежала серая фуражка. Показывали какой-то чёрно-белый фильм на немецком. Мужчина в смокинге и цилиндре гонялся за девушкой в просторном белом платье, которая была лет на двадцать моложе его. О чём был фильм Берсерк не понимал, но весь зал дружно смеялся над отдельными репликами актёров. Берсерк так давно не был в спокойной обстановке, что по его щекам поползли слёзы. Он сидел у самого края, поэтому экран был немного искажён, но смотреть фильм было так непривычно приятно, что Берсерк вцепился в подлокотники и стиснул зубы. Женщина, сидевшая рядом, повернулась к нему и шёпотом спросила:
- Herr Offizier, sind Sie krank? Können wir einen Arzt für Sie besorgen?
Участливый вид женщины не оставлял никаких сомнений, что Берсерку не желают зла. Он шумно выдохнул, улыбнулся и отрицательно покачал головой.
На экране мужчина посадил женщину в машину и куда-то повёз. Поездка была снята откровенно халтурно. Машину явно раскачивали руками на фоне точно такого же киноэкрана, на котором оказывали съёмки города.
Мимо Берсерка бесшумно прошли двое рабочих кинотеатра в старых спецовках. Один нёс ведро. Берсерк встретился взглядом с этим рабочим и его словно облили ледяной водой, столько ненависти было в этом взгляде. Рабочий тут же отвернулся и опустил козырёк пыльной кепки.
- Суки... - отчётливо послышалось из-под козырька.
Берсерку стало не по себе. Он встал со своего места и пошёл следом за рабочими. Те уже пересекли небольшое фойе с площадкой для оркестра и скрылись за шторами подсобки. Из-за штор доносились тихие голоса:
- Провода на месте?
- Всё в порядке, Константин Александрович. Можно подрывать, до конца сеанса ещё почти полчаса.
- Отлично, уходите, ребята, дальше я сам. Из Порхова вас выпустят, аусвайсы возьмёте у аптекаря. Дальше идите в сторону Хилова, там вас встретят. Ну всё, ни пуха!
- К чёрту!
Берсерк не успел отпрянуть от прохода, как из него выскочили двое рабочих и чуть не сбили с ног.
- Ах ты сука! - тихо выругался один из них, быстро оседлал Берсерка и принялся его душить.
- Я свой! Свой! - хрипел Берсерк и слабо отбивался.
На шум из кинозала выскочили двое офицеров, выхватили "вальтеры" и принялись палить. Рабочий сразу обмяк, повалился на бок, и Берсерк смог вдохнуть воздух. Он выбрался из-под убитого, нащупал на боку кобуру, вырвал из неё пистолет и сделал два выстрела в офицеров. Потом подбежал к двери в кинозал, захлопнул её и припёр стулом. Из подсобки выбежал администратор и недоумённо уставился на Берсерка. Тот едва удерживал дверь, в которую изнутри колотили ногами.
- Подрывайте! - завопил он во всю глотку. -Подрывайте! Я не дам им выйти!
Администратор коротко кивнул и скрылся за шторами. Из-за двери принялись стрелять из пистолетов. Одна пуля впилась в плечо, другая ударила в живот, Берсерк сразу ослаб и повалился на пол. Странно, как быстро теряются силы при ранении. Дверь распахнулась, из темноты кинозала стали выскакивать офицеры в серых кителях. В этот момент прогремел мощный взрыв...
Вокруг была темнота. Дышалось легко, воздух был свежим и прохладным. Доносились ароматы цветов. Берсерк ощупал себя. Всё было в порядке, ничего не болело. Как и всегда после каждой вспышки. Просто слишком часто вспышка кидала его прямо в объятья смерти. И Берсерк уже даже радовался, что смерть наступает быстро. Каждая вспышка уменьшала счётчик. Берсерк осмотрелся вокруг и в бесконечной непроглядной тьме рассмотрел слабый огонёк. Это было очень плохо. Его опять бросило к вариативной машине. В этом месте умереть можно было только от голода или жажды. Или от старости, но Берсерк был слишком молод, чтобы сидеть в темноте и ждать конца. Машина снабжала всем, что только пожелаешь, любыми деликатесами, любыми напитками, в том числе алкоголем. У Берсерка мелькнула мысль, а не упиться ли до смертельного отравления каким-нибудь крепкий пойлом? Впрочем, он тут же отогнал её, потому что не было уверенности, что отравление алкоголем не засчитается за самоубийство. А самоубийство - это смерть настоящая. Уже навсегда. Последняя вспышка. Берсерк подошёл к машине, развалился на мягком диване, который только что себе представил, перед ним появился стол с компьютером, рядом услужливо материализовалась бутылка пива и блюдечко с копчёным карбонадом, порезанным тонкими ломтиками. После сотни вспышек можно было себя побаловать. Каждый раз, когда Берсерк оказывался у вариативной машины, он давал себе зарок тупо балдеть на диване, играть в игры и жрать как не в себя, пока его не хватит неизбежный инфаркт. И каждый раз хватало условного месяца, чтобы взвыть от скуки, заморить себя голодом и отправиться дальше считать вспышки. Но в данный момент измученный организм требовал покоя. Даже минута без боли казалась раем. Берсерк щёлкнул курсором на часы. Календарь застыл на той же дате и том же самом времени, когда Берсер решил проверить старую городскую легенду.
По слухам, где-то за городом была заброшенная воинская часть с подземными бункерами. Нужно было проехать по шоссе до 10-го километра, где от дороги отходило ответвление на гарнизон, проехать немного параллельно шоссе по грунтовке и свернуть вправо. Грунтовка уходила куда-то в сторону автодрома, но была так размыта в своей верхней части, что перестала быть проездной. Прямо на повороте в кустах притаился большой дот с пустыми глазницами амбразур, дальше начинались давно брошенные подземные постройки. Часть из них уже раздавила сопка, но часть выглядела так, словно была только что отстроена. Самое большое помещение было почти до верха затоплено водой. Опять же по слухам, первыми вариативную машину нашли бомжи, которые поселились в уцелевших постройках и ходили на городскую свалку за добычей. Они пытались разобрать машину и продать внутренности любителям смывать золото с контактов, но результате запустили счётчик и тут же исчезли. Возвратились всего через мгновение живыми, абсолютно здоровыми, но подвинувшимися рассудком. Только повторяли слово "вспышка". И следующим оказался Берсерк. Он уже год вёл колонку на местном сайте, посвящённую аномалиям и легендам своего города, поэтому встреча с вариативной машиной была делом времени. Действительно, рядом с главным бункером он нашёл глубокий колодец, на его дне было обширное подземное помещение, почему-то тускло освещённое тлеющими лампами, а в центре стояла машина - простой шкаф с монитором и клавиатурой. Берсерк тогда отметил, что клавиатура была совсем старинная, ещё с клавишей ВК вместо Enter. Берсерк потыкал в клавиатуру, но на мониторе буквенные клавиши не срабатывали, появлялись только цифры. Он набрал число 380 и нажал ВК. На мониторе загорелась надпись: "Для продолжения эксперимента "ВАРИАТИВНАЯ МАШИНА" нажмите клавишу "ВОЗВРАТ КАРЕТКИ" ещё раз". Берсерк нажал и начался эксперимент.
Сейчас на мониторе машины горела надпись "До окончания эксперимента: 79 В". Семьдесят девять вспышек. Берсерк уже был индейцем, попавшим под залп испанских мушкетов, пиратом, которому ядром с турецкого галеаса оторвало ногу, лучником на египетской колеснице, голландским банкиром, по душу которого пришли грабители... Он уже сбился со счёта и только машина иногда напоминала ему о текущем счёте вспышек. Его очень радовало, что уже больше трёх сотен вспышек он выдержал и не подвинулся рассудком. Осталось семьдесят девять. Время стоит на месте, можно обжираться, играть в любые игры на компьютере и расслабляться. Семьдесят девять вспышек и он будет свободен. Эксперимент "ВАРИАТИВНАЯ МАШИНА" будет завершён. По крайней мере лично для него.