Птица, бомж и собака
- Сборник
- Вседвощевское литературы ристалище № 3 (2020)
В середине декабря Виталик впервые задумался о том, чтобы ловить чаек. Он был на пляже, когда заметил выброшенный на берег кусок рыболовной сети. Он присел на корточки, осмотрел сеть. Края сетки были сильно растрепаны. Неподалеку гуляла и клевала чайка, и он бросил в нее сеть. Чайка сделала небольшой презрительный прыжок, и сеть мягко приземлилась рядом. Виталик поднял сеть и подбросил ее выше в воздух, по дуге, намереваясь накрыть сетью чайку, но когда край сетки коснулся ее крыла, чайка подпрыгнула, хлопая крыльями, и улетела с визгом раздражения.
Виталик откинул волосы с глаз. Его каштановые волосы были длинными. Зимний ветер, дующий с моря, путал их, как когда-то мама сушила их феном, и ему приходилось закрывать глаза, чтобы они не слезились. Он сел на берегу и бросил камешек в волны. На горизонте огромный танкер в профиль казался неподвижным. Море было серым, как помойка, и белые верхушки волн рысью бежали к берегу. Он осмотрел свою сеть, растянул ячейки как можно дальше, проверяя их прочность. Он поднял камешек и нашел свободную нить, свисающую с конца сетки, и привязал к камню. Затем он привязал к ней еще несколько камней. Когда он израсходовал все свободные нити, то бросил ее в сторону моря и смотрел, как она летит по воздуху. Сеть приземлилась с глухим стуком привязанных камней о гальку и пустые раковины, и он оглянулся, чтобы посмотреть, не наблюдал ли кто-нибудь еще за этим полетом. Но вокруг никого не было.
Он побрел вдоль берега, удаляясь от центра пляжа, швыряя свою ловчую сеть в любую ничего не подозревающую чайку, промахиваясь, и пробуя снова. Когда серый цвет неба сравнялся с серым цветом моря, он повернул обратно к тропинке, ведущей наверх, и направился домой.
Его квартира состояла из трех комнат на первом этаже старого двухэтажного дома, которые он делил с мамой. Одна комната была кухней, другая – спальней, третья – санузлом. Он вошел внутрь и спрятал свою сеть в бело-красный пакет, висевший на ручке двери санузла, прежде чем пойти на кухню. Он включил электрочайник, прошел в спальню и нажал кнопку пульта дистанционного управления телевизором. Он прибавил громкость, чтобы заглушить крики, доносившиеся из квартиры наверху.
На следующее утро он проснулся оттого, что мама толкала и толкала его локтем, когда зазвонил будильник. Он перелез через маму и приготовил себе бутерброд с килькой и чай. Раздвинув занавески, он увидел, что все вокруг покрыто снегом.
В школу он сегодня не пошел. Прогуливаясь по парку с сеткой в кармане, он искал жертву. Он увидел голубя. Серо-зелено-голубой голубь, довольно толстый.
Виталик присел на корточки. Голубь стоял к нему спиной и что-то клевал вокруг. В промежутках между клевками он поднимал голову, прислушивался, смотрел, а потом делал еще один-два шага и клевал снова. Виталик держался позади голубя, подбираясь все ближе, держа сеть в дрожащей от холода руке, иногда он задом задевал снег, отчего штаны сзади стали мокрыми. Наконец, Виталик запустил сеть одним движением запястья. Голубиная голова резко повернулась. Один из привязанных к сетке камень попал ему в голову сбоку, и голубь упал. Он наполовину спрятался под сеткой, расправив крылья и ничего не выражая глазами.
Виталик опустился на колени, коснулся груди – теплой и мягкой – и погладил ее. Теперь он должен был его съесть. Он спрятал его под кустом, закопав в снег. Ему нужны были спички. Он прошел по дорожке парка к площадке, откуда открывался вид на море. С площадки он спустился по ступенькам между приподнятыми клумбами, покрытыми снегом, и вышел на тротуар. На скамейке у тротуара сидел бомж. Рядом с ним сидела собака, положив голову на колени бомжа. Серый капюшон скрывал его лицо, заросшее серой щетиной и зернистое, как пляжная коряга. Он спросил у бомжа, есть ли у него спички. Бомж не обратил на него внимания.
– У тебя есть спички? - повторил Виталик.
Бомж поднял голову. Виталик подумал, что тот глухой, поэтому взял воображаемый спичечный коробок и чиркнул воображаемой спичкой.
– У тебя есть закурить? - спросил бомж, наконец.
– Не курю, - сказал Виталик.
– Тогда зачем тебе нужны спички?
– Я хочу приготовить голубя.
– И как ты собираешься это сделать?
– Не знаю, - ответил Виталик.
- Если ты поделишься им со мной, то можешь взять спичку.
– Ты знаешь, как его готовить?
– Лучше, чем ты, судя по твоему виду.
– Это в парке, - сказал Виталик, кивая головой в сторону парка.
Бомж встал. Виталик сделал шаг назад. Собака обнюхала его ноги, а Виталик погладил ее по макушке. Они пошли в сторону парка.
– Как тебя зовут? - спросил бомж.
– Виталик, - сказал Виталик.
– А что ты там делаешь один?
Виталик пожал плечами. Собака пила из тающей лужи на обочине тротуара.
– Я никогда раньше не ел голубей, - сказал Виталик.
– Судя по твоему виду, ты вообще ничего не ел.
– У меня все хорошо.
– А где ты спишь?
– В моей постели, - сказал Виталик, указывая вперед на парк.
Собака шла рядом с ними, помахивая хвостом.
– А как его зовут? - спросил Виталик.
– Просто называй его собакой.
– Он не будет против?
– Это же собака.
– Да, но у всех домашних животных должно быть имя.
– Кто это сказал?
Виталик не мог придумать ответа на этот вопрос, поэтому промолчал.
Они добрались до парка, и Виталик побежал вперед, чтобы забрать своего голубя. Собака обогнала его, ее нос привел прямо к трупу голубя. Виталик поднял голубя за ноги и показал его бомжу. Бомж взял голубя.
– Пухлый… Мы возьмем его с собой на пляж, - сказал он.
– Почему не здесь?
– Там более укромное место.
Они спустились по бетонным ступеням на пляж, и бомж повел их к руинам бывшего ресторана.
– Первое, что ты должен сделать, это ощипать его. Ты когда-нибудь делал это раньше?
- сказал он.
Виталик покачал головой. Бомж потянул за перья на крыльях, и они с хрустом отлетели в сторону. Он потянул за меньшие, пушистые перья, и Виталик увидел серо-голубую кожу одного крыла. Бомж проделал то же самое с другим крылом.
– Ты смотришь? Я делаю это для тебя, - сказал бомж.
Виталик присел на корточки и скрестил руки на груди, сгорбив плечи.
– А как тебя зовут? - спросил он, наконец.
– Угадай.
Виталик нахмурился. Голубиные перья кружились вокруг них, роясь, как бабочки.
– Не могу угадать. Это может быть что угодно, - сказал Виталик.
– Может быть. Но это не так, а теперь посмотри, как я это делаю. Очень важно не рвать плоть.
– Дай мне попробовать.
Бомж протянул Виталику голубя, и Виталик дернул его за пушистые перья. Они отошли от груди, и он удивился, как легко у него это получилось.
Они закончили ощипывание, и бомж достал из-за пазухи нож с большим блестящим лезвием. Бомж положил труп на остатки стола и вытянул ему крыло. Он рубанул и затем сделал пилящее движение. Он перевернул голубя и повторил то же самое с другим крылом.
– Теперь мы отрежем ему ноги.
Он отбросил голубиные лапки в сторону и вытянул шею вдоль скалы.
– Ты разбил ему мозги, - сказал он.
– Так получилось, - сказал Виталик.
Бомж отрубил голову и бросил ее в снег неподалеку. Собака рванула к ним, и схватила окровавленную голову. Бомж нанес ножом удар голубю чуть ниже грудины.
– Вот чего ждет собака, - сказал он.
Он засунул два пальца поглубже в голубя. Затем выдернул пальцы, и кроваво-коричневые внутренности выплеснулись на камень. Он снова погрузил пальцы в голубя и вытащил оттуда сердце и легкие. Он собрал внутренности и бросил их собаке.
– У тебя все руки в крови, - сказал Виталик.
– Собака вылижет это начисто.
Он протянул руки собаке. Собака проглотила внутренности одним глотком и теперь обнюхивала снег и гальку вокруг. Ее нос нашел протянутые руки бомжа, и он облизал их дочиста, а когда закончила – облизала свои губы.
Бомж открыл свой рюкзак и достал оттуда маленькую кастрюльку.
– Наполни его снегом и смотри, чтобы в него не попал песок.
Виталик начал соскребать снег с бетонных плит в кастрюлю. Когда он обернулся, то увидел, что бомж идет к краю снега туда, где море поглотило снегопад и был виден пляж. Виталик последовал за ним. Бомж положил свой рюкзак и собрал несколько крупных камней в кольцо.
– А сейчас мы его начнем готовить? - сказал Виталик.
– Садись вон туда.
Виталик сидел на влажной гальке. Было холодно, и он почувствовал, как по его заднице поползла сырость. Собака толкнула его, ее нос холодно коснулся щеки. Виталик почесал собаке голову. Бомж достал из рюкзака походную печку и поставил ее в центр галечного круга. Он зажег печку и поставил на нее кастрюлю со снегом.
– Сколько времени это займет? - спросил Виталик.
– А ты хочешь, чтобы с ним была картошка?
Виталик кивнул.
– Думаю, это займет минут сорок. Снег должен растаять, потом вскипеть…
– А если голубь без картошки? Сколько времени это займет?
Бомж сунул руку в рюкзак и достал маленькую сковородку.
– Мы пожарим его, это не займет много времени.
Бомж бросил Виталику две картофелины и протянул нож.
– Почисти их.
– Никогда раньше не чистил картошку, - сказал Виталик.
– Ты сам долго не протянешь, правда?
– Я быстро учусь.
Бомж ухмыльнулся и начал срезать грубые куски кожуры с одной картофелины.
– Теперь ты попробуй, - сказал он.
Виталик провел ножом по картофелине, и большой кусок упал на песок. Он попробовал еще раз, и еще один комок, такого же размера, упал на песок.
– Давай сюда или мы умрем с голоду, - сказал бомж.
Когда вода закипела, бомж бросил в кастрюлю маленькие кубики картофеля, затем достал жестянку с табаком и бумажками и свернул самокрутку.
– Хочешь одну? - спросил он Виталика.
Виталик покачал головой и сказал:
– Вы всегда так жили?
Бомж сосредоточился на своей самокрутке, облизывая бумагу. Он зажег спичку в сложенных ладонях и закурил.
– Не всегда.
– А зачем тебе это?
– Может быть, мне это нравится.
– Я бы с удовольствием, - сказал Виталик.
– Я не думаю, что ты это сделаешь.
– А почему бы и нет?
– Отмораживать свои яйца каждую ночь? Я бы предпочел иметь то, что есть у тебя, место, куда можно вернуться домой?
– Предположим, что хочу уйти из дома.
– Живешь с мамой и папой?
– Только с мамой.
– Она за тобой смотрит?
Виталик пожал плечами.
– Можно мне пойти с тобой? - сказал Виталик.
– А ты куда пойдешь?
– Куда бы ты ни пошел.
Бомж захрипел и рассмеялся. Его смех перешел в кашель и снова в смех. Собака залаяла.
– Ты не продержишься и одного дня. И вообще, что скажет твоя мама?
– Даже не знаю.
– Ну, я знаю. Она позвонит в полицию, и я сяду. В любом случае, я бы предпочел остаться у тебя, а не тебе идти со мной.
– Ей бы это не понравилось. Она не любит собак.
– Вот что я тебе скажу: у тебя есть монета?
Виталик сунул руку в карман и нащупал монету. Он протянул ее бомжу.
– А зачем тебе это нужно?
Бомж положил монету на тыльную сторону большого пальца, подогнув большой палец под указательный.
– Орел - я останусь у тебя на ночь, решка - мы пойдем вместе.
Он подбросил монету в воздух, и они оба посмотрели, как она, кувыркаясь, взлетела ввысь, а затем шлепнулась на открытую ладонь бомжа.
– Тебе понадобится имя, - сказал бомж.
– У меня есть имя.
– Правильное имя, которое говорит что-то о тебе.
Они оба молчали, прежде чем бомж сказал:
– Ну, он же собака, так что ты можешь быть мальчиком.
– Мальчик - скучно.
Бомж задумался, поглаживая свой щетинистый подбородок.
– Ну, ты худой, как цапля, ноги как ветки. Как насчет Птицы?
– Мне нравится Птица.
– Значит, будешь Птицей.
– Еще раз, как тебя зовут? - сказал Виталик.
– Я никогда никому это не говорю.