Все произведения
Настройки
20

Анонимный автор

Вудсток

Сборник
Последний конкурс (2025)

                                                Вудсток(последний полет)

          Оранжевый рассветный луч расстегивал ширинку горизонта. Прожектором выхватывал сбитую эмаль на газовой плите, задевая край потертого стола. Цитрусовый привкус алкоголя во рту. Тихо, чтоб не разбудить соседей, напевает стереосистема. На столе кружка и ром dead mans fingers, сегодня я пират. Вернее вчера был, пора все это заканчивать и так дотянул до утра.

         В гитарном чехле лежит прикол, гладкоствольная хохма. Пару дней назад, неся домой ружье, думал, как символично. Надо было в 27, три года назад, все равно рокзвездой не стал. Пошатываясь, подхожу и беру оружие. Координация хромает, чехол падает.

Пластмассовый мир победил

Чехол от гитары упал — почему-то проносится в голове.

         Переливается изморозь на окне, вспоминаю недавнюю идею: измученный рутинным трудом человек склонен сводить жизнь к несколькоим простым факторам, будь то деньги и интерес, доминация и подчинение или мана и очки здоровья.

 -This is why events unnerve me — негромко доносится из динамика.

 Мне же казалось, что мир устроен чуть сложнее, факторов всегда гораздо больше, а в идеале их многообразие складывается в бесконечновертящийся калейдоскоп.

-They find it all, a different story

Человеческая память устроена так, что, смотря ретроспективно, замечаю многие предпосылки, такие как ширящееся наплевательство на все происходящее в собственной жизни.

- Notice whom for wheels are turning

 Обязательства перед этим миром отдаляются, подобно берегу в начале плавания, откладываются на завтра, относятся волной в послезавтра, и вот волею течения ориентиры окончательно потеряны, чаще всего понимаешь это, когда буйки уходят из виду.

Turn again and turn towards this time

Нелепо.

Сегодня для жильцов подъезда будильник прозвучал пораньше, песня переключилась на transmission.

имеете в виду цикличность истории? — женский голос нараспев штамповал слоги скороговоркой.

Кхм, не совсем, дело в том, в общем, позле Везувия Помпея была восстановлена, сейчас это нормально функционирующий город и, эмм, специалисты работают, несмотря на неурожай, запасов хватит на несколько лет вперед, ммм, прогноз оптимистичный, ситуация полностью под контролем — выпалил собеседник.

Какие бы советы вы дали нашим слушателям, резюмируя наш разговор?

Теплее одеваться, сохранять позитивный настрой иии... слушать хорошую музыку.

Ха-ха — хрустальным переливом реакция ведущей — Спасибо. С нами был Чарли Крайер — глава депортамента экологической безопастности.

  Вслушиваюсь в синусоиду речи дикторши, ей бы куда больше шло вести музыкальную волну. Голова раскалывается, череп кажется банкой с формалином, где плавает мозг, любой громкий звук или резкое движение разбивают ее и осколки впиваются в серое вещество.

       -        Из-за антипарникового эффекта, вызванного извержением малазийского вулкана Тамбора, поговорка «готовь сани летом» обрела новый смысл. Жаль, конечно, планам на летний отпуск не суждено сбыться, придется поменять серф на коньки.

  Мурлыканье ведушей выдавливает из полудремы, заполняя отсутствующий внутренний монолог, принимаю решение идти на звук и открываю глаза.

Сегодня 15 августа, 8:00, температура на улице 6 градусов Цельсия. Через несколько дней синоптики предрекают возвращение июльских снегопадов. Пережить прохладу нам поможет дуэт Zager and Evans со своим синглом In the Year 2525, занимающим первую строчку хит-парада шестую неделю.

  Сижу в машине, слева незнакомец за рулем, справа сквозь окно виднеются фермы.

Проснулся — радостно окликает водитель — крепко ты ж дрых, подумал, вчера не стопилось тебе из-за отбойника на хайвее, тормозить на такой скорости — высший пилотаж — самодовольно ухмыльнулся — немногие решатся, я ж за баранкой с самого детства, помню ночь, решил машину отца взять по городку нашему проехаться. Тут еще и гололед был, не знаешь на какой резине. Сам-то как думаешь, что происходит?

В смысле? - у меня был встречный вопрос.

Ну, с погодой, в мире. Я тебе так скажу, работаю на заводе, трансформаторы, знаешь? Крепеления там, станции понижения, повышения, инверторы, сам не слишком разбираюсь, по слесарке в основном. Так мы их собираем для проекта, огромные партии идут, вот еле выбил выходной.

  Забарахтел мотор, пошел на обгон.

Слышал, все уже началось — не отвлекаясь на маневр продолжал водитель — не разглашается, чтоб паники не было, а рванул то на деле не вулкан. Долго ли получится молчать? Тут уже все, ракеты им нужны, чтобы слинять, на Луне отстроятся, программу видел по BBC, технологии позволят, главное плацдарм застолбить.

Вполне возможно, думал в подобном направлении, кто ж их знает? - интуитивно решил выразить расплывчатое согласие. Не было уверенности, что судьба не свела меня с буйным.

Дерьмо — смакуя вымолвил мужик — к брату гонял в Сан-Франциско, там газетенка Open City, колонка у старикашки Генри Чиваски или что-то вроде. Он давно понял, все это сплошное дерьмо — меланхолично подытожил.

       Форд мустанг цвета бордовой перезрелой вишни высадил меня у придорожного кафе.

Вероятно кормят тут неплохо, видишь фуры,  выбор дальнобоев гарантирует, что не будешь блевать — сказал напоследок водитель, вытаскивая походный рюкзак из багажника — хорошо там зависни на своем фестивале.

        Через парковку направился к зданию, отель на втором этаже, на первом столовая. Озноб похмелья даровал практичность моим мыслям. Сел за свободный столик и принялся производить инвентаризацию рюкзака. Неумело засунутая в чехол палатка, спальник и пенка, бубен с изображением шамана. Под недоверчивым взглядом мужика, стоящего за кассой, раскладывал свои богатства на столе. Несколько банок консервов, вода, крекеры, пакет со спичками, ложкой и зубной щеткой.

           - Со своим нельзя, покупать что-нибудь будешь? - окликнул кассир.

         Хлопаю по карманам куртки, в нагрудном нашлась пара мятых купюр.

           - Бутылку минералки, пожалуйста.

  Заливая сушняк, пытался соорентироваться. Водитель говорил про фестиваль.

По графику в пролете, для проекта вез экраны, отгружаться надо,  а меня на КПП остановили, пропуска нет. Говорю, хоть за территорией разгрузите. Три дня ждал пока все оформят — возмущался дальнобойшик по соседству.

Не подскажете, тут где-нибудь фестиваль проходит? - вклинился в разговор.

                            -         Спроси на улице у ребят в желтом фургоне — кидая радостный взгляд на собеседника.

            За рулем фургона сидел кудрявый парень в темных очках, бесйболка задом наперед, сигарета и долговязость. Одет в кожанный бомбер.

Привет, тут поблизости идет фестиваль?

Ага, в Бетеле, туда мы и катим — окинул взглядом, всмотрелся в глаза, улыбнулся — ты сам-то как?

Да вроде в порядке — почему я оказался здесь? - просчитался с маршрутом.

Он отправился на поиски Америки, но не мог найти ее нигде — байронически продекларировал.

Попутчика возьмете?

             Кузов за водительским сиденьем принял меня в свою коммуну. Уселся на пенку в углу, опасаясь, что двери минивена раскроются и вылечу на трассу. В фургоне, кроме водителя было три человека, две девушки в  легких ветровках и юноша в полосатом свитере поверх водолазки, обмотанный клетчатым шарфом.

И я сижу с ним. Там ее муж помер, сечешь, и за ней парень гониться, и, короче, потом еще двое, и их уже трое, парней то значит, оно же так и происходит, смекаешь, а потом ее негр, короче, спасает, как про меня снимали, в общем - тараторит одна девчушка.

Только это брат ее — отзывается другая.

Мелочи, потом негр ей влепил, она обмякла и затем по радио про банду душегубов.

Кого? - переспросил парень за рулем.

Не суть, так вот, мы в открытом кинотеатре смотрели, в тачке сидим, ага, и где говорят, что вся заваруха из-за спутника с Венеры, короче, на улице начался снегопад, еле до дома докатили.

              Юноша внимательно читает книгу, на мягкой обложке название «Человек в высоком замке». Отрывается от чтения смотрит на меня.

Интересно? — решаю завести разговор.

Определенно, но самое занятное, как автор настолько продуктивен, не устает от собственных же сюжетов — судя по всему юноше хотелось поделиться впечатлениями — бывает придумаешь сюжет и всем он хорош, тома три готов его развивать. Начинаешь писать, строчка, следующая, третья и понимаешь, что в трех предложениях, он звучит гораздо увлекательнее, чем развернутый хотя бы на несколько листов.

Например?

Далекое будущее, колонизируют Марс, количество стран равно количеству букв алфавита, алкаши скидываются на бухло,  и из купюр складывается считалка, они перечитывают ее раз за разом, тонут в глубинах смысла, ритм считалки начинает трясти стены космической станции, потом и сами люди начинают дергаться и все заканчивается пьяной поножовщиной. Такие дела.

Мрачновато.

Я их придумываю сотнями, но упираюсь в описания, детали, тону в мелочах, какие веяния эпохи, что на них надето, как герои пришли к началу повествования, штаны Арагорна и все такое. Даже на эту тему сюжет придумал, парень с девушкой решают ограбить банк, просчитывают все до секунды, выверяют каждый шаг, где припаркуют машину, на которой будут скрываться, во сколько подойдут к кассам, что будут делать с награбленным и так увлекаются своим планом, что опаздывают на минуту и все идет наперекосяк. Решил, в этот раз все распишу, вникал, собирал информацию а потом прочитал Артура Хейли и понял, уже написано. И это чистый Болливуд.

           Коротая дорогу за беседой, мы познакомились, девушек звали Линда и Донна, они учатся в институте, любят пиво и группу Jefferson Airplane, водителя зовут Боб, он фанат  Питсбург Пингвинз, а читающего парня Джон. Едут из Пенсильвании.

          Подъезжая к фестивалю, попадаем в пробку. Масштаб происходящего поражает. Вдоль обочины идут люди с рюкзаками, смотря на них, с ужасом осознаю отсутствие полотенца в своей экипировке. Дурной знак для автостопа, хоть погода к купанию и не располагает.

           О том, что мы на месте возвестили бубнящий бас и заливающиеся гитары. Добрались в седьмом часу.

Это Sweetwater? - поинтересовалась Линда.

Похоже, идем поближе к сцене - отозвалась Донна.

             Попрощавшись с ребятами, брожу по полям, влекомый потоками толпы. Выхожу к сцене, слушаю выступление, что быстро приедается. Иду искать, где можно поставить палатку. Место находится поблизости от кемпинга, разбиваю лагерь.

             Громкая музыка не способствует крепкому сну, рифы и соло сменяются на пение утренних птиц без антракта. Полевые мыши бьются о дно и стенки палатки. Разбудило меня радио из кемпинга неподалеку, утренние новости. По ощущениям, поспал не более часа.

             Выдыхая пар изо рта, очищаю иней с тента.

             Завтракаю водой с крекерами, решаю найти магазин, чтобы пополнить запасы провизии, думаю, что добавить к обеду консервами.

             Возле ларька-фургона встречаю Джона с Линдой.

             - Знаешь, что Олдос Хаксли сделал перед смертью? - поинтересовался Джон.

 - Нет, что же?

             - Да не, ничего, забудь.

              Беру пару банок budа и чипсы. Холодное пиво, свинцовое небо и недосып. Смотрю, как кликая колками натягивает струны парень с волосами, собранными в хвост. Следую в палатку спать.

               Проснувшись, направляюсь к сцене. Играет Canned Heat, расслабленно плыву по аккордам, воображение рисует пленительно расплывчатые образы: тонкие пальцы, края улыбки, горные хребты. Они сменяются, только успеваю сфокусироваться на одном. Мне хочется подыграть им, шагаю к палатке за бубном, проявляю чудеса эквилибристики, двигаясь сквозь скопления людей. После очередного пируэта натыкаюсь на Джона. Выглядит он одновременно лихо и рассеяно.

          - Ты как? - приветствую его.

          - Прелестно, прекрасно, взаимосвязано словно все одно, единоначалие, анафора смыслов, отражение отражений, свет давно погасших звезд, строяший гороскопы наших будней.

О чем это?

Мускулы глаголов не могут натянуть штаны повествования на тело текста — разочарованно разводит руками.

       Взяв бубен, по дороге обратно вижу, как три джентельмена в синих куртках шмонают Джона. Руки на капоте черного кадиллака эльдорадо, ноги широко расставлены. Смотрю, не решаясь вмешаться. После окончания данной процедуры, идем в тишине за пивом. Меня будит радио из палаточного лагеря неподалеку.

       Запиваю консервы водой.  Лень одолела, лежа в палатке, жду финального выступления, играет Джимми Хэндрикс.

        Рядом со сценой встречаю утомленных ребят, с которыми добирался в фургоне.

         - Прощай, рад, что нас свела судьба. И эта история про Марс, распиши ее - говорю Джону, находящемуся в прострации.

Мда, так и поступлю, думаю трех недель достаточно, вон Керуаку, чтоб написать «В дороге» хватило.

Тебе понравилась эта книга?

Нет — широко улыбаясь ответил Джон.

           Многорукий осьминог людей, каждый пятый под прикрытием, мне скучно и непонятно куда идти после окончания фестиваля, Хэндрикс на бис исполняет Hey Joe, на последних нотах начинает падать снег.

           От усталости мысли из лесок с нанизанными на них яркими прозрениями и светлыми грезами, превратились в канаты, которыми подобно бурлакам тянул остов тяжелых дум. Нужно собрать палатку. Виднеется надпись на грузовичке из соседского кемпинга «Sta viator!”.

          - Мы отправляемся в плавание к островам космического океана! Проект, над которым все  работали, вышел на финишную прямую! Телескопом стали бинокли, сцена обратилась вселенной, а софиты звездами! Запуск ракет через - доносится из радио с кемпинга.

Мокрый снег падал на плечи, залетал за воротник куртки, касался земли и тут же таял, я смотрел пустым взглядом в никуда и думал, почему ружье нигде не было зарегестрировано.