Начало и конец
- Сборник
- Быстроконкурс № 1 (2022)
- Фарту масти, сука. - Рябой с довольной улыбкой перерезает горло пленнику.
Тот дёргается, хрипит, но смотрит на меня с ухмылкой до последнего. Они всегда улыбаются, когда умирают. Как мы можем сражаться с противником, который рад умереть от наших ножей, пуль, бомб?
Интересно, за что сидел Пашка-Рябой, не поверю, что за обычную кражу или что-то мелкое. Уж очень он любит убивать, прямо весь светится от радости, когда режет очередного выродка, хотя парню на вид не больше восемнадцати.
От тела врага пошёл небольшой пар, он почти неосязаемый, лишь зрением можно заметить странный «дымок». Говорят, они не умирают навсегда. Именно поэтому с ублюдками так сложно бороться. Их миллионы, и они каким-то образом встают в строй снова и снова.
Машка снимает с убитого ошейник, расстегнув хитрый замок, освобождает его от кожуха, и мы смотрим на алюминиевую цепочку. Она вся потемнела, он пытался использовать свои способности и перегрузить железку.
Девушка худая, лицо будто обтянуто кожей, голубые глаза пустые, она давно сдалась и не верит в победу. Маша у нас за медика в группе, так же неплохо стреляет. Я чувствую, боится, всё время и всего, что с неё взять — женщина. Сейчас все воюют, без разбору, на кону выживание.
- Близко…
Тарас присел около дерева, смотрит куда-то в чащу. Он местный, бесценный кадр как следопыт.
Тут же лежит труп Егора, здоровенный детина откуда-то с Урала, он в моей группе совсем недавно. Приметил врага первый, его предупредила белка, но почему-то не крикнул, не присел, решил сам стрелять. Промахнулся, получил стрелу в глаз.
Оставшейся группой уходим дальше в лес. Пашка стащил с выродка кольчугу и напялил на себя под куртку, только такая защита помогала от их стрел, пока не превратится в прах от прикосновения с телом. Все вещи пришельцев разваливаются со временем если их носить. Если магию мы могли погасить алюминиевыми «амулетами», то стрелы ублюдков пробивали любую броню.
- Откроют второй фронт, вот-вот откроют, давить гнид будем, говорю тебе… - шептал рябой за спиной Машке, пытаясь её подбодрить. - Я слышал, там они уже в америках штабелями их мочат без базара, нашли уроды как тварей гасить, и нам теперь расскажут...
Темноволосый, с немного раскосыми карими глазами, парень из Казахстана. Успел уже повоевать и даже остался жив после падения Нур-Султана. Город твари брали две недели, а местные ждали, когда к ним пробьётся сто пятьдесят третья армия от нас. Не дождались, военные совершили бросок и завязли, а потом и вовсе попала в котёл к нелюдям.
Говорят, когда уничтожали всю группировку, сполохи были видны за тысячу километров. Врут, наверное, но никто из сто пятьдесят третьей не вернулся, монстры не выпустили ни одного.
- Лися… - Тарас вдруг остановился, уставился куда-то вперёд.
Я показал рукой чтобы все заткнулись и пригнулись, отряд синхронно присел на колени. Рябому нужно было как обещал в прошлый раз дать по губам прикладом. Он всегда, когда нервничал начинал тараторить без умолку и это могло выйти боком.
К нашему проводнику вышла лиса, тёмно-рыжая, с красивым пушистым хвостом, она обнюхала мужчину, а потом подошла к нам. Все сняли перчатки, дали животному нас почувствовать. Оно успокоилось, показало носиком куда-то влево и наверх. Знаками приказал команде приготовится.
Проводник отошёл сразу за нами, вперёд вырвался Пашка и я, сзади Мария прикрывает. Медленно стали продвигаться, стараясь не шуметь.
Зелёная листва помогала не только противнику, но и нам. Деревья этой необычной осенью особенно расцвели, они и не собирались сбрасывать листву. Пришлые что-то сделали, и несмотря на то, что уже было начало ноября, зелень вокруг цвела.
Вдруг из-за веток выглядывает птичка, кажется это зяблик, и начинает истошно чирикать, привлекая наше внимание. Оттуда же вылетает дятел, громко крича.
- Лево! - орёт Рябой, открывая огонь.
Что-то просвистело рядом с ухом, я поднял ствол автомата нажал на спуск. Несколько коротких очередей, спрятаться за широким стволом. Все рассредоточились, загрохотал пулемёт Тараса. Услышал шорох сверху и отпустил автомат, он повис на плече. Сам же достал нож, резко ударил вверх, прямо над головой. Послышался всхлип и на меня капнуло зеленоватой жидкостью, под ноги упала тварь в камуфляже и рядом с ней нож. Я ранил её в плечо. Ударил несколько раз по лицу кулаком, в живот, сдёрнул со своей шеи амулет и засунул с силой за пазуху выродку, вдавил в кожу.
Выстрелы стихли, потащил свою добычу за длинные волосы по зелёной, совершенно не осенней траве. Группа собиралась на поляне вокруг одного из наших, проводник лежал со стрелой в глазу.
- Хорошая смерть, лёгкая. - твёрдо сказал Пашка.
Он закрыл второй глаз мужчины, стал копаться в его разгрузке, снимать оружие, откинув свой автомат за спину.
Мёртвых чужих было трое, и я вздохнул с облегчением — вот и вся «звезда» в сборе, если считать того, что мы захватили пару часов назад. Встретив одинокого разведчика все напряглись — это могло значить что основная группа отошла чтобы предупредить командование врага.
Но нет, все здесь голубчики, и одна тварь хотела меня прикончить с дерева, но не смогла, да ещё и попалась живой. Я ещё немного её подтащил к телу нашего товарища, бросил и добавил удар ногой в живот.
Девушка, очень красивая, с идеальными чертами лица и фигурой. Такая могла стать моделью если бы они пришли с миром. У её ног лежали бы миллионы мужчин, деньги, известность. И они все такие, все красивые, не одинаковые, каждый по-своему, мужчины и женщины. А ещё — сильные, быстрые, с очень хорошей реакцией.
Мы иногда выигрываем за счёт нашего «технологичного» оружия по сравнению с их луками. Но в больших сражениях магия побеждает, они просто заливают нас огненными и ледяными дождями, земля под ногами разверзается, воздух пропадает, мы ничего не можем поделать. Эта война превратилась в битву мобильных групп, на которых не нашлёшь огненный армагеддон.
Рядом закрутилась лиса, бегая вокруг ног и время от времени скалясь на нелюдь. Правое плечо занял зяблик, другое дятел, они внимательно смотрят на пришельца. Все животные на нашей стороне, мир будто чувствует беду от пришлых, помогает тем, с кем жил всё это время. Только вот растительность подводит — что-то с ней сделали, украли у нас осень, и прошлая была последней.
Беру у Машки ошейник и застёгиваю его на пленнице, сзади добавляю наручники. Сука улыбается, смотрит на нас исподлобья своими странными глазами — зрачки будто кляксы, а радужка ярко-жёлтая. Острые уши прижаты, как у насторожившейся кошки.
- Сдохните все… - шипит она по-русски, будто родилась и выросла где-то в Питере. – Не уйдёте, все подохните, отправитесь в никуда.
Бью ей прикладом по зубам, один отлетает в сторону. Она истерично смеётся, выплёвывая зелёную кровь.
Началось всё семь месяцев назад, со странных сообщений и фотографий эльфов, гномов, орков, гоблинов. Все посчитали что это какой-то розыгрыш. Ну в самом деле, какие ещё сказочные твари, что и им у нас делать.
Не смешно стало, когда одним утром сообщили что крупнейшие города США, России, Китая и Евросоюза атакованы. Тот же Лос-Анджелес был затоплен менее чем за сутки. Москва подверглась огненному шторму, плавился даже бетон, что говорить про людей. Берлин заморозили, закидали чем-то с невиданных летающих зверей наподобие грифонов. Там говорят и сейчас ледяная пустыня с температурой под минус шестьдесят.
Достаю и разворачиваю планшет, изучаю карту. Спутников почти нет, так что довольствуемся обычным изображением в памяти. Благо что я примерно представляю, где мы, тыкаю грязным пальцем в экран. Провожу линию чуть на север, пометку – лесной хутор Листки. Сверяюсь с компасом, отмечаю для себя направление – осталось три с половиной километра.
- Командир… - сбоку появляется Рябой.
Он головой показывает на застывшую недалеко Машку, та сидит и смотрит на свою руку, закатав рукав, её трясёт. Я морщусь от плохих предчувствий, подхожу, смотрю на запястье. В нескольких местах торчат мелкие ярко-зелёные «почки». Они уже прорастают по венам, даже выдёргивать смысла нет – просто откроется сильное кровотечение. Осторожно повожу стволом и нажимаю на спуск.
Громкий хлопок глушителя, девушка падает на землю. Пашка ничего не говорит, и так всё понятно. Её задели, отравили, еще час, максимум полтора и зараза доберётся до мозга, а она на нас накинется. Скорее всего ничего сделать не успела бы, но смысла этого ждать нет никакого, тем более противоядия не существует.
- Забери медикаменты. – командую парню.
Тот кивает и деловито обшаривает девушку, забирает патроны, разбирает автомат и убирает в сумку боёк. Твари с недавнего времени стали пользоваться оружием, а с их меткостью это очень опасно. Понятно, что у них уже множество образцов, но оставлять работоспособное с патронами все равно не хотелось.
- Кто нас ждёт на точке? – спрашиваю, хватая пленницу за белый красивые волосы, приставляю нож к горлу.
- Режь. – она широко улыбается.
- Рябой, не хочешь поиграться? – оглядываюсь.
- Это можно, командир!
Пашка демонстративно хватается за штаны, смотрит на пленницу, та хмурится и морщится. А парень молодец, во всю показывает желание и в глазах какой-то безумный огонёк, иногда жутко от этого становится. Кажется, что он и правда хочет изнасиловать её.
Но я-то знаю, несмотря на всю красоту, когда приближаешься к этой женщине для определённых целей – возникает отвращение. Будто смотришь на какое-то животное. Очень странное и противоречивое чувство.
- Нет там никого. – она шипит, пытается извиваться.
Я смотрю на свой медальон – он почернел, значит уроды пытались нас магией закидать, во всяком случае меня. Но алюминий всё поглотил, повезло нам очень.
- Задача?
Она молчит, а я киваю парню – он продолжает стягивать штаны. В глазах женщины отвращение и кажется испуг, с их женщинами легче. Она отводит глаза, говорит тихо:
- Наблюдение…
Мы с Пашкой смотрим друг на друга. Закрываю глаза и провожу рукой по лицу – становится тошно и неприятно. Они и правда похоже наблюдали – что тот первый, что эти. Если бы не звери – не заметили бы мы их и дальше пошли.
Можно перечислять вечно убитых, и всё ради таких вот заданий. И если раньше была хоть какая-то уверенность что всё не зря, то после её слов стало не по себе. Они знают зачем мы идём, и хотят, чтобы мы получили сигнал и передали его дальше.
- Двигаемся. – говорю сквозь зубы и иду вперёд.
Рябой достаёт нож, я приказываю:
- Отставить.
- Да как… - начинает он.
- Отставить я сказал. – бросаю ему и добавляю: – С нами пойдёт, впереди, а если откажется – так засадишь ей, а потом я.
Она сначала сопротивляется, но потом посмотрев мне в глаза всё-таки идёт. Ступает девушка тихо, мягко, её почти не слышно, одно слово – эльф. Не врали сказки детские и фэнтези, лес — это их дом. Только вот не наш лес, хоть они и сделали с ним что-то. Зверьё местное эльфы ненавидят и истребляют, сами же животные тянутся к людям, а не к этим уродам.
Через пол часа вышли к первым постройкам, подъём заканчивался, и мы сделали передышку. Теперь вдвоём приходилось тащить на себе всю аппаратуру, два автомата, пулемёт и припасы. Таких групп как мы было несколько, количество нам не сообщали, я знал только то, что мы последняя в длинной очереди на передачу. Хотя бы один отряд должен дойти.
Задача нашей группы простая - добраться до одной из возвышенностей, на которой и находится этот самый хутор Листки. Развернуть антенну, усилитель, приёмник и передатчик. В назначенное время принять сигнал с одного из американских спутников. Дождаться и через час отправить этот же сигнал дальше, на другой спутник, который будет проходить тут же. Большая часть спутников уничтожена противником, но что-то ещё оставалось, каким-то образом прячась в обломках от обнаружения на орбите.
- Ш-ш-ш… - зашипела лиса которая всё это время нас сопровождала, птицы уже улетели, вечерело.
Я напрягся, пригнулся и по наитию потащил за собой пленницу. Недалеко послышался выстрел, ещё один, прилетела стрела. Рябой выдал очередь сначала в одну сторону, потом в другу, а я понял, что нас берут в кольцо. Парень достал пулемёт и стал методично его разряжать, рядом снова засвистело, мы покатились вниз. Я тащил тварь за собой, понимая, что стреляют не по нам, они пытались достать её.
Когда оказались внизу, в небольшом овраге, закрытые деревьями, я понял, что Пашки рядом нет. Осмотрелся, крикнул, но ответом была тишина. Перезарядил оружие, отстегнул защёлку пистолетной кобуры, проверил нож.
- Отпусти её и твой друг будет жить! – раздалось откуда-то спереди.
Я иллюзий не испытывал, поэтому пока они говорили достал то, что было припасено на самый крайний случай. Небольшие лазерные мины похожие на ручные гранаты, разработка наших друзей из США, прислали ещё в начале конфликта. Сколько ходил – всё не пригодилось, но теперь самое то. Взвёл, проверил параметры, и выбросил вокруг себя на сколько мог далеко сразу пять штук, чистое место оставил только впереди. Подарки упали, зафиксировали своё положение и выпустили невидимые лазерные лучи сразу в несколько сторон. Если кто-то пересечёт – случится направленный взрыв.
- Командир, их тут ше…! - услышал я голос Рябого, но его тут же заткнули.
Пленница странно молчала, испуганно смотря на меня. Она не улыбалась, и вообще будто пыталась вжаться в землю, продавить её под собой и зарыться, только бы подальше от меня. Я впервые такое видел среди тварей. Обычно они необычайно веселы, всегда готовы умирать с радостью.
Схватил за плечо, развернул и ударил резко по затылку прикладом. Убью так убью, но по идее должна выжить, я старался чтобы она просто потеряла сознание. Нелюдь упала, достал нож и кольнул её несколько раз в ногу – не дёрнулась, но дыхание есть.
- Иди сюда, обменяемся. – кричу туда, откуда услышал звук.
Слева раздаётся оглушительный взрыв и крики, сработал один из подарочков. Быстро взвожу один из двух оставшихся и кидаю снова, чтобы ещё раз себя обезопасить с этой стороны.
- Отпусти её, обещаю, что…
Я уже бегу вперёд, слышу взрыв справа. Достал гранату, кидаю на опережение и ложусь, даю очередь по фигурам за большим камнем, который обогнул. Где-то громко бахает, снова встаю и буквально запрыгиваю за преграду. Тут трое, хватает один раз нажать на спуск. Ствол уводит вверх и с трудом удаётся его удержать. Все лежат, а я считаю – по взрыву справа и слева, трое тут.
Меня опаляет огнём, еле успеваю спрятаться за каменной преградой, которая оплывает от температуры. Ярчайшая вспышка откуда-то сзади почти ослепляет, я же, сжав зубы терплю боль на щеке и руке которые задело. Одежда расплавилась и прилипла к телу. Выпускаю остатки патронов в ночь. Когда огонь спадает, быстро перезаряжаю и снова палю наугад. Бросаю пару оставшихся гранат, дожидаюсь взрывов, крича выбегаю в сторону противника.
Слышится ещё один грохот, сработали лазерные мины, видимо твари отступали и задели их. Опускаю оружие, смотрю за камень и вижу помимо троих убитых ещё и Рябого, лежит с завязанными руками. Опускаюсь и выученным движением трогаю шею – тишина, он мёртв. Зато моя рука почему-то светится бледно-синим светом. Облучили они меня что ли?
Спускаюсь со склона к пленнице, её рвёт. Беру и чувствую, как она плачет и вырывается. Выродок ведёт себя очень странно, будто мои прикосновения её обжигают. В глазах страх, неподдельный ужас, и я её понимаю – вид у меня тот ещё. Только сейчас осознаю, что один глаз не видит, а на лице сбоку похоже торчит кость. Выжгло мне кожу очень неплохо.
Выпиваю сразу несколько таблеток из аптечки, вкалываю наугад обезболивающее в то, что осталось от щеки. Хватаю фляжку с пояса, делаю большой глоток, омываю обожжённое лицо остатками воды.
Идём вместе наверх, вернее тащу свою новую боевую «подругу», она плачет и стонет, не поддаётся ни на какие уговоры. Говорить мне теперь сложно и не хочется.
- Задача будет выполнена. – шепчу себе, как заведённый.
Раскладываю аппаратуру, подключаю все шлейфы, направляю небольшую тарелку к небу. Нажимаю кнопку включения и передачи, устройство начинает работать и на небольшом экране появляются надписи. Быстро пробегаю глазами добавляю ко всему прочему планшет через специальный кабель. Проходят секунды, тарелка сама собой начинает двигаться тихо жужжа. Наконец она находит цель, вижу надписи:
«Тестирование завершено…»
«Соединение стабильно…»
«Начата передача…»
«Передача закончена…»
Тарелка смешно опускается и складывается, будто обиженно отворачиваясь от меня и неба.
Достаю из кармана небольшую флешку с закрытым ключом, вставляю в планшет. У меня есть ещё время, так что могу ознакомиться с содержимым пакета. Я всё-таки до того, как попал под мобилизацию, пять лет работал специалистом по шифрованию. И я бы был не я, если бы не взял на накопитель закрытый ключ у майора с компьютера.
Первая часть – обычный непонятный текст частично на английском, частично на русском. Он дополнительно зашифрован ещё и самым обычным способом. Тут я ничего не смогу прочитать. Зато вторая часть — это видео файл, его то и запускаю на планшете.
Через двадцать семь секунд закрываю лицо руками и из оставшегося глаза течёт слеза. Я морщусь от боли и желания зарыдать в полный голос.
Не будет никакого второго фронта, и похоже вообще ничего не будет. Будет только смерть, одна для всех.
Видео снято то ли с самолёта, то ли с беспилотника, кажется там Нью-Йорк, уж очень знакомые мне по фильмам небоскрёбы. И огонь, везде огонь, а сверху летают огромные ящеры, которые сжигают всё под собой. Драконов мы ещё не видели, никогда, а там на видео их не меньше сотни. И это страшное зрелище, за двадцать семь секунд видео они превратили один из районов в обугленные останки.
Достаю нож и иду к испуганной девке. Она почему-то боится, не улыбается как остальные. Я свечусь, странным голубоватым светом и он же остаётся на моём армейском ноже.
- Н-н-нет… - она пятится, рыдает и верещит.
Я чувствую, что делаю всё правильно, впервые в жизни во мне уверенность в том, что я умру не зря. Нож входит в живот словно раскалённый в масло, и глаза девушки вдруг стекленеют почти сразу, а в меня приходит понимание и познание.
Знание очень простое - она умерла навсегда.
Когда я смирился со смертью, что-то произошло, то, чего они все боятся, то, из-за чего они забрали у нас осень. Вдруг пришло понимание – у всего есть начало, и у всего есть конец. В нашем мире так, в их есть только начало. Они бессмертны, и для них само наше существование неправильно и угроза. Они ушли из своего мира, но жить рядом с нами не смогут, понимая, что мы всегда сможем забрать их бесценные жизни одним прикосновением, лишь осознав свою силу.
Я бросился к передатчику, схватил планшет и стёр то, что получил со спутника. Подменил ключ и стал быстро набирать текст, всё что понял, всё что уяснил, нужно передать это миру. Конечно, я не был таким единственным, но была ли возможность у тех, кто почувствовал тоже самое перед лицом смерти сообщить это остальным?
Стрела вошла в спину и пробила лёгкое, я с трудом удержался на корточках чтобы не упасть на аппаратуру. Вторая прошила левую руку в запястье. Я успел нажать «Отправка» и маленькая тарелочка стала искать спутник до появления которого было ещё минут пять.
Второй рукой потянулся к кобуре с пистолетом, но рядом появилась нога в кожаном сапоге. Громкий выстрел, боль пронзила конечность, ублюдок замахнулся на несчастную антенну, но ничего не успел сделать. Он всё ещё стоял на моей изуродованной руке и умер почти мгновенно, как только я этого захотел. Тело упало рядом, но приближались остальные, приходилось поторапливаться.
Я расслабился, обнял землю обеими руками, и сделал то, что и должен был сделать любой человек, осознавший главное.
Напомнить окружающему миру что у всего есть начало, и у всего есть конец.
Трава подо мной пожухла, пожелтела. На весь мир меня не хватит, но этот лес, который стал последним пристанищем для меня и моих товарищей я охвачу.
Видеть я не мог, но чувствовал, что чужие бегут в страхе и не успевают. Волна их настигает, и они безжизненно падают.
Вокруг, в закатных лучах, расцветает осень. Листья желтеют и опадают, они умирают вместе со мной, укрывают тело, оставляя только небольшое нетронутое пятно рядом. В нём маленькая круглая антенна, на остатках заряда батарей жужжит, нацеливаясь на сигнал спутника, и передаёт послание всем, до кого может достучаться.