Все произведения
Настройки
20

Анонимный автор

Цвета красок

Сборник
Сёдзё-конкурс (2021)

Пушистые белые тучки отражались в капоте старенького автомобиля марки Delegate D8. Машина скользила по серпантину среди холмов летнего леса. За рулём сидел солидный мужчина с усами хэндлбар в однобортном клетчатом пиджаке. Рядом дремала его дочка, одетая в форму горничной, и берет со значком «1». Волосы девушки были цвета золы, а глаза – совсем светлыми, словно хрусталь.

Внезапно радио зашуршало и словило сигнал. В эти дни постоянно крутили новый хит Луизы Чикконэ «Материальная девушка».

Мужчина повернул руль, и автомобиль наконец-то выскочил из лесопарка в городскую черту.

– Маргарита, мы почти приехали.

Горничная оживилась и уставилась в окошко.

По улицам Реизберга прогуливались парочки и семьи. Двое мальчуганов бегали вокруг родителей кругами, то и дело стреляя друг в друга искрами из пальцев.

В центре возводилось новое высотное здание в ребристом стиле. Блоки то и дело парили по воздуху куда-то вверх, следуя пасам геомансеров.

За окном пронеслась череда лавочек. Позади цветочницы стояли сплошные корзины цветов в серо-белую клеточку. Торговка договаривалась с покупателем, меняя цвет букета в его руках то на красный, то на синий. Наконец клиент кивнул и потянулся за деньгами.

На рекламном щите с подписью «Факелы свободы» курила знаменитая модель Фуми Итимиройрэс. Автомобиль повернул за угол, и вдруг Маргарита увидела саму Фуми! Из ресторана вышла элегантная дама с короткой стрижкой, в зелёном чешуйчатом платье. Она дёрнула за поводок миниатюрного дракончика, затянулась сигаретой через мундштук и выпустила в воздух струю дыма. Это она! Это она! Ах, гламур! Маргарита прилипла к стеклу и завистливо прикусила нижнюю губу.

Внезапно девушка будто что-то вспомнила и стала рыться в сумочке…

– Я забыла кошелёк, – наконец объявила она.

– Вот, – отец тяжело вздохнул, залез в карман фрака и протянул свой. – Возьми сколько нужно.

– Думаю, мне хватит пятьдесят мерлинов на первое время. Знаешь… – Маргарита принялась отсчитывать пластинки с таблетками. – Между прочим, этот Вудроу Чэвон мог бы выплатить аванс и покрыть расходы на дорогу. А то все эти сборы и путешествие ощущаются как билет в один конец. Уверена, он получает огромные деньжищи с продажи своих живых картин. Сколько вообще может стоить карманный мир из тех, что он рисует?

– Маргарита Галатэя Блакит, – отец попытался изобразить серьёзность, назвав её по полному имени. – Отставить считать чужие деньги. Ты должна быть рада, что Чэвон в принципе нанял тебя за столько высокое жалование по одной лишь рекомендации.

– Пап, – Маргарита вернула ему кошелёк. – Мы приехали в другое королевство, чтобы я всего лишь получила работу горничной. И мы ехали сюда на машине, потому что не можем позволить себе общественный портал… Почему бы и не посчитать чужие деньги?

Автомобиль остановился у частной башни за внушительным кирпичным забором.

Маргарита затратила около пяти минут, убеждая отца в том, что она уже взрослая и должна показаться будущему работодателю без сопровождения родителя. Наконец мужчина спасовал:

– Хорошо, но перезвони сегодня.

– Обязательно.

– И, пожалуйста, помни, что ты слуга, а вокруг тебя господа.

– Паааап, ты говоришь с выпускницей элитной школы горничных. Ну, к чему это?

– Ну, к тому, что это не у меня была кличка «принцесса», пока я там учился. Ты ведь хочешь построить карьеру и заработать много денег, как всегда, мечтала?

– Всё будет хорошо, пап, – она поцеловала его в щёку.

– Пожалуйста, держи свои эмоции под контролем. Есть личная жизнь и личное мнение, а есть работа. Помни, для меня ты всегда и так принцесса.

Отец уехал.

Девушка зашагала по песчаной дорожке небольшого сада. И сад, и сама башня пали жертвами магического сорняка, вьющегося мутанта розы и лозы – розервайна. Красивые бутончики хоть и были красивыми, но плоские колючки царапали как лезвия, а уж красные лепестки в самых труднодоступных местах очень быстро переставали казаться чем-то романтическим.

Статуя воина на постаменте повернулась к Маргарите и наставила на неё неполированный меч.

– Здравствуйте, – Маргарита разглядела оружие, которым в неё тыкнули, прикидывая будущие объёмы работы, затем покопалась в кармане и предъявила письмо. – Вот.

Охранник вернулся в прежнее положение.

Более радушного приёма не последовало. Служанка в одиночестве побродила по первому этажу, робко представляясь пустоте каждого нового зала. Взлетела на второй этаж, который обошла уже с нарастающим раздражением. Затем на третий – здесь раздражение уже сменилось лёгким испугом. В пугающую атмосферу вносила лепту неухоженность помещений. Девушка понимала, что во всей башне, скорее всего, никого и не должно быть, кроме самого Вудроу Чэвона, но он-то здесь должен быть…

Библиотека выглядела такой же забытой и неприбранной как другие комнаты третьего этажа.

– Стой! Кто идёт? – раздалось с верхушки массивного чёрного шкафа.

Маргарита дёрнулась от неожиданности, подавив вскрик. Она посмотрела наверх и увидела небольшое животное с большущими зелёными глазам, рябыми крылышками, пушистым хвостом и пушистыми лапками.

– Как грубо, – отозвалась горничная. – Кто спрашивает?

– Я потомственный демон-хранитель этого здания! – сказал зверёк настолько грозно насколько ему позволял малый размер.

– О, я более чем уверена, что ты обычный совокот.

Гордый совокот недовольно фыркнул, подняв в воздух облачко пыли:

– Странно, а вот молодые аристократочки обычно ведутся…

– Что ж, я не аристократ… очка, и минимальная эрудиция при мне.

– Ой ли?! – торжественно выкрикнул зверёк, взмахнул крыльями и неуклюже перепрыгнул на колонну из обветшалых фолиантов. – Между прочим, мой род берёт начало от древних сфинксов, охранявших покои великих царей и цариц. И я также подстерегаю путников, задаю им хитроумные загадки и не пропускаю далее всех, кто не смог дать верный ответ…

– Так что? Мне теперь нужно отгадать загадку, чтобы пройти дальше?

– Однозначно! Другого пути нет!

– На самом деле я могу просто обойти библиотеку по террасе на козырьке…

Совокот как-то поник и опустил ушки. Глядя на это, Маргарита поменяла план:

–…То есть… То есть, я готова принять твой вызов, хранитель библиотеки и арбитр… достойных… путников. Да. Вот.

Потомок сфинксов оживился и с энтузиазмом затоптал передними лапками на месте:

– В таком случае, приготовься к трём хитрейшим загадкам!

– Я, да, уже, – смущённо заулыбалась горничная.

– Загадка первая. Что ты никогда не сможешь съесть на завтрак?

– Эээээ… обед и ужин?

– Ах! – мини-сфинкс ошарашено вдохнул. – Как быстро! Одна из моих лучших загадок. Должно быть ты просто знала ответ. Но, не важно. Вот моя вторая загадка. Что настолько же огромное как слон, но ничего не весит?

Маргарита помнила эти загадки из детских книжек, но решила изобразить задумчивость. Она помассировала виски, походила из стороны в сторону, прислонила кулачок к лицу, изображая мыслительный процесс. Глаза зверька округлились ещё больше, глядя за ней с таким неподдельным интересом, будто перед ним разыгрывалось как минимум сражение в Колизее.

– Ох… – горничная решила закругляться. – Может быть… нет… дыхание? Нет, нет, подожди, это, мммм… Тень! Тень слона!

– Верно! – он сделал сальто в воздухе, и приземлился у ног гостьи. – То есть, кхм, истинно так, путница. И вот, моё финальное испытание. Третья загадка. Что может путешествовать по свету, оставаясь в одном и том же углу?

Зверёк довольно заходил вокруг девушки, будто показывая ей, что бежать-то некуда. На этот вопрос служанка не знала ответа, но ответ внезапно нашёлся. В кармашке.

– Это почтовая марка, – она достала солидный накрахмаленный конверт с маркой, на которой были нарисованы котелок и перекрещенные мётлы.

– Верно! О достойнейшая из достойнейших! А… а что это у тебя?

– Это рекомендательное письмо из школы бытовой магии Эстрейк, а также мой трудовой договор. Я поняла, что сама приеду раньше письма, и думала просто вручить его мастеру Чэвону или что-то вроде того.

– О. О! Оооооооо…

– Господин совокот?

– Прошу, называй меня Пэндзлик. Можно просто Пэнз.

– Ты не знаешь, где я могу найти мастера? – она с надеждой теребила конверт в руках.

– Я сам уже не видел его два дня. Он наверняка пропал внутри одной из картин. Опять небось крутиться вокруг своей этой, ух – зелёные глаза недовольно описали арку, – магнум опусши. И вообще он сейчас целыми днями в работе, ведь через месяц планируется банкет по поводу пары его новых премьер…

– Может ты поможешь найти его?

– Даже не знаю… он очень просил не ходить искать его в одиночку.

– Но вдвоём мы будем… не в одиночку, – она опустилась на корточки, чтобы быть на его уровне.

– Тебе вправду нужна моя помощь?

– Да, конечно. Мне очень понравились твои загадки, – она осторожно протянула руку и принялась гладить Пэнза; как и хотела сделать последние минут пять.

– Что это ты делаешь? – изобразил он бессильный протест прежде, чем растаять от прикосновения тоненькой, но сильной ручки и довольно заурчать, периодически переходя на не менее довольное посвистывание.

– Ммммм, мастер так редко меня ласкает в последнее время…

– Так что? Ты поможешь мне?

– Ммммм, да вот здесь, за ушком… Стоп! – Зверёк пришёл в себя и, должно быть, вспомнил, что он потомок великих сфинксов. – Я грозный демон-хранитель!

– Однозначно, – кивнула Маргарита.

– И в награду за твои испытания я помогу тебе найти мастера.

– Благодарю. Пожалуйста, укажите мне путь, ваше пушейшество, – она сделала реверанс.

Пэндзлик подвёл Маргариту к одной из картин:

– Я постараюсь пойти по запаху. Пробежим несколько картин перебором. В них есть секреты, позволяющие быстро переходить из одной в другую, не возвращаясь при этом в реальность. Понимаешь?

Она кивнула. Она ничего не понимала. Маргарита представляла, что в первый день будет разбираться с пылью или розервайном, но точно не прыгать по карманным мирам, чтобы просто хотя бы найти человека, перед которым должна прислуживаться. Будто ей больше всех надо. Девушка вспомнила про обещанное жалование в сотню шверпунктов, набрала в маленькую грудь воздуха, словно собираясь погрузиться в пучину, и сделала прыжок веры за совокотом.

Виртуальные миры ощущались абсолютно реальными, но стоило перейти из одного в другой как в голову задним числом сразу приходило множество неточностей, выдающих иллюзию. Будто ты пробуждался ото сна и дивился тому, как вообще мог поверить в то, что видел ещё минуту назад.

Сначала Маргарита и Пэнз прошлись под палящим солнцем по пёстрому восточному базару со странными темнокожими людьми. Они зашли в случайную дверь и оказались на палубе корабля посреди бушующего океана. Маргарита заворчала, поняв, насколько вымокла, но одежда мгновенно вернулась в прежнее состояние в другой картине — страшном и тёмном лесу с блуждающими огнями. Благо, они с Пэнзом вскоре заглянули под неприглядную корягу и…

Следующая картина представляла собой зеленеющие холмы на фоне заснеженных гор и сказочно-уютную деревушку неподалёку. На одном из холмов, с колодцем, пастушка возилась со стайкой овец.

– О, нет, это же её картина, точно… – недовольно буркнул Пэнз и чуть «просел» в воздухе, будто на него навалилась ноша.

– Её?

– Ну да, ну да. Магнум опусши.

– Я не понимаю.

– Это персонаж, которого мастер старательно дорисовывает и перерисовывает уже пару лет. Тренируется на ней в написании портретов. Он специально даёт ей таблетки, чтобы та продолжала развиваться, а не жила одним днём и одной установкой как другие персонажи картин.

– Подожди, так она что, как голем?

– Разумный голем.

– И он даёт ей… деньги?

– Ага. Шверпункты. Без них её память просто развеялась бы со временем. Она же не из глины или плоти, а из иллюзий. Она бы развеялась без постоянного вливания магии, перезапустилась и вернулась в исходное состояние… Хотя надо сказать, её исходное состояние было простым и милым.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что у овечек золотистый мех. Одежда пастушки была сделана из парчи, шапочка молочницы расшита богатыми узорами и инкрустирована драгоценными камнями, а лицо девушки скрывала вуаль.

– Господа, – обратилась она к овцам. – Только посмотрите! Фамильяр не выдержал и всё-таки побежали искать мастера.

– И тебе привет, Аркадия.

– Кто это с тобой, пендель?

– Маргарита Блакит, новая служанка, – представилась горничная.

Аркадия убрала с лица вуаль и Маргарита резко вдохнула от неожиданности – у пастушки было лицо Фуми Итимиройрэс.

– Не может быть… что за?

– Что? Это кто-то знакомый? – она показала на своё лицо пальцем. – Так что, ты из внешнего мира? Ты не персонаж? Меня зовут Аркадия Деко. Я дама сердца господина Чэвона. Можно сказать, всё что ты видишь, это моё королевство.

– Ага, как же, – бросил Пэнз в сторону.

– Да, можно сказать, что я из внешнего мира, – подтвердила Маргарита.

– Как любопытно… – Аркадия ткнула в горничную своим позолоченным посохом, будто проверяя не пройдёт ли тот насквозь. – Обычно по картинам путешествует только мастер. Все эти заказчицы и избалованные принцессы, лица которых он обычно мне рисует, не достойны того, чтобы вот так вот просто прогуливаться по его шедеврам.

– Аркадия, секрет всё там же? – вклинился Пэнз.

– Да, да, – она помахала рукой в сторону колодца.

– Была рада знакомству, – Маргарита вновь поклонилась и последовала за совокотом.

– Сразу скажу, не питай ложных иллюзий, девочка, – сказала пастушка вдогонку. – Все вы, настоящие, хороши только как натурщицы.

Один из кирпичиков кладки колодца приятно щёлкнул. Путешественники переместились в следующий мир.

Аркадия отогнала одну из овечек и подняла с Земли оброненную пластинку таблеток. Она прочитала: «10 мерлинов, фармацевтический банковский стандарт Альбиона».

Горничная и совокот оказалась на поле с пустующими шатрами и рядами горящих факелов.

Высокий бледный юноша сидел на утёсе и с тоской смотрел на тёмное небо с разноцветными звёздами, разноцветными воздушными шарами и яркой, бесцветной лучной. Податливые соломенные волосы гуляли на ветру. Казалось, его худощавое тело утопало в растянутом мягком свитере и огромном шарфе, а голова – в массивном цилиндре со свечами. Рядом лежала палитра с красками и кисточки.

– Извините! Извините! – Маргарита победоносно подпрыгнула и замахала рукой. – Мастер Чэвон! Мастер Чэвон! Моё имя Маргарита Блакит. Сегодня, двадцать третьего числа месяца ритуала, я прибыла в ваше полное распоряжение для выполнения обязанностей горничной. И…

Мужчина даже не повернулся. Наверное, не услышал. Она неуверенно зашагала ближе. Под полами платья гуляли волны плотной, мягкой травы. Впереди шумели волны уставшего, остывающего моря.

– Мастер! – Пэнз подлетел к хозяину и приземлился рядом. – Я так волновался, так волновался! Вы работаете внутри картин всё дольше и дольше. Как же так…

Аристократ ничего не ответил и только приласкал питомца. Маргарита продолжала попытки начать аудиенцию:

– Мастер Блакит? Мастер Блакит… меня зовут… Мастер? Как грубо…

Она подошла совсем близко и стала рядом. Это тоже не вызвало реакции. Наконец она поклонилась и присела рядом. Мужчина так ничего и не сказал. Он только обернулся, наконец обратив на неё внимание, посмотрел, что девушка дрожала от ночного бриза, снял с себя необычно большой полосатый шарф и накинул ей на плечи:

– Вот. Укройся.

– Мастер…

Он кивком показал в сторону моря. Звуки будто утихли на мгновение. Откуда не возьмись на небе завизжали несколько огненных стрел, они летели всё выше и… фейерверк! Будто бы все звёзды сговорились и стали разом падать на землю. Маргарита смотрела как зачарованная, у неё даже слегка приоткрылся рот. Огненные узоры всё продолжали гулять по небу среди воздушных шаров, рисуя целые сюжеты. И вот, когда на небе отгремели все цвета радуги, огненная феерия сошла на нет. Пэнз оторвался от зрелища и увидел, что Вудроу всё это время смотрел на Маргариту. Глаза господина и слуги встретились:

– Тебе понравилось? – спросил художник.

– Это ведь всё не настоящее?

– Нет, не настоящее.

– Мне понравилось, – улыбнулась она и сильнее укуталась в шарф, борясь с холодом.

– Хм… – грустно улыбнулся юноша в ответ и потупил взгляд. – А вот ей было всё равно… Ой!

Он вновь взгляну на горничную, но на этот раз как-то обескураженно:

– Ты же реальный человек. Прости, я как-то пропустил мимо ушей, что ты там говорила…

– Мастер Чэвон, – «боги, это же пятидесятый раз за день», – меня зовут Маргарита Блакит. Сегодня, двадцать третьего числа месяца ритуала, я прибыла в ваше полное распоряжение для выполнения обязанностей горничной, – она встала, придерживая шарф, сделала реверанс и снова села.

– Эээээ… да! Распоряжаюсь, чтобы ты приступала к обязанностям. Пожалуйста. И мы почти одного возраста. Не стоит обращаться ко мне «вы» или «мастер». Мастер Чэвон – это мой отец.

– Это несколько нестандартно с точки зрения субординации.

– Ну, Маргарита, это твоё первое задание. Решить, что важнее для субординации. Обращаться ко мне как тебя научили или так как я этого хочу.

Маргарита растерялась:

– Так точно, мастер Чэвон.

– Ох… ладно, забудь. Пусть будет «мастер» или «Вудроу». Но точно не «Чэвон».

Она кивнула.

Первым заданием после прибытия из вереницы чудных картин был ужин. Ужин запоздал, пока Маргарита осваивалась на кухне, но был подан в лучше виде. Оставалось только выбрать напиток.

– Ииииии… – взгляд Вудроу всё скользил по винной карте. – Шардоне!

Маргариту будто тряхнуло:

– Мастер, извините, вы не можете пить белое вино с красным мясом.

– Не могу? – удивился Вудроу.

– Не можете. Я отказываюсь.

Художник опешил и задумался над тем, что по незнанию первым же делом отдал какой-то преступный приказ, выходящий за договорные отношения слуги и господина.

– И вино, – просто поправил он себя в итоге.

Маргарита щёлкнула пальцами и раскрыла ладонь. Парящий рядом Пэнз уклонился от бутылки, прилетевшей откуда-то со стороны лестницы. Тонкие пальчики сомкнулись на горлышке. Маргарита повернула бутылку, чтобы хозяин мог видеть этикетку с чёрной шишкой:

– В вашем погребе есть несколько бутылок Пино-нуар. Я абсолютно уверена, что малиновые ноты безусловно подходят к ароматной оленине.

Вино наполнило бокал. Вудроу кивнул, понюхал напиток и слегка отпил, изображая будто знает, что делает:

– Ты можешь быть свободна, – он потянулся к вилке.

– Это вилка для закусок, – Маргарита поклонилась и удалилась.

Огромные зелёные глаза Пэнза забавно искривлялись в изгибах бутылки:

– Пиньон-нюар, – задумчиво передразнил он. – Ле магнефик! Мастер, мастер! Давайте оставим её!

– Пэнз, я и не собирался не оставлять её. К чему это ты?

– Она мне нравится.

– Как-то быстро ты с ней сдружился. Наверное, и дня не прошло.

– О, я проверил её своими загадками и выяснил, что она не по годам умна.

– Правда? – Вудроу ехидно улыбнулся и отправил очередной кусочек в рот вилкой для основного блюда.

– Однозначно.

– И что были за загадки?

– Про кулинарию.

– О.

– И про природознание.

– Хм.

– И даже про корреспонденцию, – многозначительно добавил Пэнз.

– Фантастика, – Вудроу заулыбался ещё больше.

Пэнз почувствовал, что может быть… но только может быть, хозяин не воспринимает его всерьёз. Он подскочил к юноше и протянул ему на пушистых лапках самое важное доказательство:

– А ещё! Вы только посмотрите. Она складывает салфетки в форме лебедя!

Ну, это уже было действительно трудно не принять во внимание.

Маргарита вошла в рабочую колею. Пришло время отрабатывать солидное жалованье в сто шверпунктов.

Поскольку на данный момент гости и другие Чэвоны отсутствовали в башне, то работы было немного. Горничная за всё время лишь пару раз призывала мятного слизняка, чтобы тот вылизал уборную. Она нашла в книге заклинание, чтобы быстро очистить обмундирование караульных големов. Также Маргарита развернула кампанию по борьбе с пылью – она как командир широко шагала по залам, контролируя, чтобы отряды метёлок и веников продолжают работать под её чарами.

Не получалось разобраться только с проклятым розервайном. От заклинания увядания у сорняка был иммунитет, а вторым по действенности способом было разве что спалить башню к чёрту вместе с лозой. Маргарита часто возвращалась после очередной неудачной попытки в гостиную и бессильно падала в кресло. Злая, и с секатором наперевес. Пэнз помогал ей убирать с формы лепестки.

Главной же работой была постепенная подготовка к банкету в конце месяца. В этом плане задачи были порой совсем нетривиальные…

– Даже не помню, танцевал ли я когда-нибудь, если честно, – Вудроу почесал затылок.

– Если это необходимо, я могу забронировать для вас преподавателя танцев.

– О, нет, нет, не надо. Ты можешь просто немного потанцевать со мной, чтобы я вспомнил что да как. Знаю, это глупо прозвучит, но я обещал танец Фуми Итимиройрэс, когда мы последний раз виделись на званном ужине. И она приглашена в конце месяца на премьеру… и… я просто не хочу показаться невежливым и неуклюжим.

– Сама Фуми будет на банкете?

– Да, конечно. Все знаменитости Реизберга будут на банкете.

– А она не старовата для вас? Ей же вдвое больше лет, чем нам.

– В смысле? – усмехнулся юноша. – В моём кругу бывают ведьмы разных возрастов. Они все меня куда-то зовут и что-то просят, но это не значит, что у всех их на меня есть планы… по крайней мере, как я думаю.

Маргарита почувствовала, будто в помещении стало жарко. Она посмотрела на протянутую руку Вудроу и подумала тактично отказаться:

–Мастер, к такому нас не готовят в Эстрейке.

Юноша просто заулыбался в ответ, будто она пошутила. Придётся танцевать.

– Пэнз, – позвал художник фамильяра. – Включи радио.

– Уже лечу, – совокот приземлился у приёмника и начала тщательно крутить регулятор.

Пэнз прикусил язычок и прищурил глаз, пытаясь найти ну вот точно то, что надо. Потрескивания и посвистывания прекратились. Синатра запел песню «Колдовство».

Маргарита и Вудроу начали шагать в ритм и кружится. Вскоре это стало напоминать танец.

– Маргарита?

– Да, мастер?

– Ты что, ведёшь?

– Извините, – она неловко поменяла положение рук. – Нас к такому не готовили.

– Нет, нет, что ты, всё отлично…

Дни летели. Иногда Вудроу спрашивал совета по декорациям, и было не понятно, имеет ли он в виду часть ещё недописанной картины или декорации для предстоящего банкета.

Художник работал большей частью в ночное время. Поэтому Маргарита решила приносить ему завтрак в постель.

Однажды Вудроу потерял Маргариту из виду, и долго искал по всей башне, испугавшись, что она потерялась в лабиринте его картин. В результате он нашёл её на диване в библиотеке, заснувшей прямо в одежде после изнурительного рабочего дня. Он так её и не побеспокоил, просто укрыв пледом.

Что касается меню для будущего события, то Вудроу решил целиком и полностью считаться здесь со мнением служанки. Кроме того, она объяснила художнику, что блюда замораживают заранее только в дешёвых ресторанах, и вместо этого следует использовать заклинание стазиса.

Порядок в башне положительно влиял на Вудроу. Тот стал больше времени проводить в реальном мире и настаивал, чтобы Маргарита принимала пищу вместе с ним, а не по-отдельности. Всё-таки в башне они были одни, а дикие времена, когда господа относились к слугам как к рабам, а не наёмным работникам, давно минули.

Он также заинтересовался тем, что Маргарита посещает различные интересные кафе и места города в нерабочее время. И открыл для себя таким образом несколько заведений и достопримечательностей, хотя прожил в Реизберге всю жизнь. В награду за столь необычный опыт, он подарил девушке алхимические масла для ванны, обратив внимание, что Маргарита более всего предпочитает расслабляться после рабочего дня в бассейне.

Когда банкет был уже на носу, и слуга и господин были на нервах, отогнать дурное настроение им помогал Пэнз со своими загадками и позитивом. Маргарита и Вудроу как-то гладили зверька вместе. Их руки ненароком скользнули одна по другой. Они сильно засмущались.

В конце месяца гости со всего Реизберга прибыли на банкет по случаю премьеры двух новых картин. Вудроу планировал провести по картинам экскурсию и продать в этот же вечер на импровизированном аукционе. Когда все были в сборе, художник поднялся на возвышение в центре зала, стал у своих произведений и постучал по бокалу, чтобы произнести слащавую, помпезную, но эффектную рекламную речь:

– Ведьмы и господа, наш волшебный вечер только начался. И продолжиться он уже в других мирах. Задумайтесь. Ещё с доисторических времён, когда пещерные люди впервые вызвали огонь силой воли и до наших дней, когда учёные открыли метатроны, положив начало современному представлению о магии, человечество интересовал один вопрос…

Что за один вопрос волновал человечество Маргарита не услышала – она прыгала между залом, кухней и гостиной короткими телепортами, чтобы принять, проводить и накормить гостей. Она оживляла подносы, чтобы те работали за официантов, выводила блюда из стазиса, следила за тем, чтобы каждый гость получил коробочку с подарком, и ставила музыку в условленное время.

Телепортация. Ещё одна. Естественные силы заканчивались. Следовало бы принять пару таблеток.

–…И самое интересное, – продолжал свою речь Вудроу, – что мы только начинаем познавать мир. Кто бы мог подумать, что на другом конце Земли, есть другая цивилизация, которая в прошлом использовала жертвоприношения, чтобы получать магию. А сейчас мы пытаемся наладить с ними дипломатические отношения…

Прыжок. Маргарита вернулась на кухню, чтобы проверить все ли подносы с бокалами игристого полетели на задание. Среди плит, бутылок, посуды и кухонной утвари стояла женщина в вуали.

– Извините, госпожа, но вам лучше вернуться в банкетный зал, – окликнула её Маргарита. – Если вам нужна уборная, то вас проводит туда совокот господина Вудроу…

– Ты… – зло процедила незнакомка.

Она убрала с лица вуаль. Маргарита увидела под вуалью своё собственное лицо и вскрикнула.

– Это всё из-за тебя! – Аркадия сжимала в руке огромный нож для разделки мяса. – Дюжины лиц. До этого дня все они были моими. Просто как украшения, которые можно надеть и снять. Просто как новые платья в подарок от любимого. Но в этот раз…

– Как ты выбралась из картины? Это же невозможно… – Маргарита сделала несколько шагов назад, в то время как Аркадия всё приближалась.

– В этот раз он смотрел на меня как на холст! В его голубых глазах была печаль! – в голосе Аркадии почувствовался надрыв. – Как будто я просто вещь, чтобы он мог выразить свои чувства! Столько дней я то хвалила его, то лишала похвалы, чтобы он проводил в нашем королевстве как можно больше времени. Вместе со мной. Подальше от этого несовершенного, злого мира. Но тебе нужно было всё испортить! Да?!

Пастушка бросилась на горничную с ножом. Маргарита использовала только что вернувшийся из зала поднос как щит, и тут же призвала слизняка прямо под ноги голему. Аркадия попыталась высвободиться из скользкого плена, но к ней подлетел отряд метёлок, обрушивших град слабых, но частых ударов. Одна из метёлок выбила из руки нож. Удары прекратились. Аркадия упала на коленки. Из кармашка платья вывалилась круглая таблетка и подкатилась по полу к Маргарите.

– Это же мерлин! – служанка подняла деньги. – Я думала мне показалось, что одной пластинки не хватает… Милостивая Геката! В шверпункатх просто есть метатроны, в то время как мерлины действуют как маячок для их экстракции из среды. Ты вышла из картины также как люли дышат под водой в акваланге. И если ты вскоре не примешь таблетку, то просто исчезнешь…

– Я ненавижу тебя! – слёзы из глаз персонажа покатились крупными, неестественными каплями.

– Как грубо…

Аркадия стала полупрозрачной и распласталась на полу, тяжело дыша. У Маргариты уже не было сил на короткую телепортацию. Она взвалила пастушку на мётлы как на парящие в воздухе носилки, и поспешила на третий этаж. Горничная внесла лёгкую как пёрышко Аркадию на руках в пейзаж с горами, холмами и деревушкой. Завидев хозяйку, золотые овечки неуклюже засеменили к ней, взволнованно блея.

Маргарита опустила Аркадию на душистый, наливной луг. Та перестала умирать.

–Теперь понятно, почему Пэнз тебя так не любит. Глупый голем. Ты навоображала себе чего-то и пошла бросаться на людей с ножом. Мир сложнее чем ты думаешь. У него не такие узкие рамки как у картин.

– Это ты не понимаешь… – прошептала Аркадия, чуть оправившись, но всё ещё бессильно лежа. – Скажи мне…

– Ты не была приглашена на сегодняшний банкет. Тебе следует уйти. Больше мне нечего тебе сказать, – Маргарита развернулась и зашагала к колодцу.

– Ты думаешь он так прост?! – Аркадия закашлялась. – Как бы ты себя чувствовала, узнай завтра, что ты такая же иллюзия, как и я?

Маргарита не слушала. Она поспешила вернуться к гостям и закончить событие, к которому готовилась месяц.

Всё прошло отлично. Две новых картины были проданы в тот же вечер. Когда гости разъехались, Вудроу подошёл к горинчной, чтобы поблагодарить её за работу.

– Маргарита, сегодняшний банкет…

– Я что-то не помню, чтобы нанималась к вам натурщицей.

– Что ты имеешь в виду? – Вудроу виновато опустил голову: – Ах, да… Маргарита, я… Это проблема?

– Не могу знать, мастер. Меня изначально несколько смутила вся эта история с Аркадией Деко. А теперь я даже не знаю, что и думать. Вроде бы я не звезда с рекламных щитов… Не девушка, которая… как это вы сказали? «имеет на вас планы». Так что же мне думать? Надеюсь, вы же не какой-нибудь маньяк, мастер? Или может быть, вы как синяя борода?

– Нет, конечно, нет…

– Также я должна доложить вам, что у Аркадии получилось выйти сегодня из картины. И она хотела меня прирезать…

Вудроу замер. Маргарита подытожила:

– Нам нужно обсудить дальнейшие перспективы моего трудоустройства.

Утром Маргарита собрала вещи в чемодан и собиралась уйти.

Она приоткрыла дверь башни. Вудроу закрыл дверь башни хлопком со звуком «дон», и нависнул над ней, преграждая пути к отступлению.

– Вижу, вы не хотите, чтобы я уходила.

– Да. Ты прекрасная горничная.

– Знаете, я никогда не хотела быть горничной. Мне такая оценка не льстит.

– Ну… это очень странно слышать от номера один школы Эстрейк. Но, хорошо. И кем же ты мечтала стать?

Маргарита хмыкнула и поправила свой берет, будто поправляла тиару:

– Я бы может хотела родится в богатой, знатной семье, и провести свою молодость, осваивая уникальную профессию. Но на аристократов нигде не учат. Наверное, нужно иметь в роду захватчиков.

– Я уверен, если бы на аристократов где-то учили, ты бы также была на первом месте.

– Ах, первые места… – Маргарита тяжело вздохнула. – Вот так живёшь и думаешь, что красивая мечта стоит всех колючек на пути. Но правда в том, что к красоте быстро привыкаешь, и она больше не кажется тебе чем-то ради чего стоит терпеть уколы изо дня в день. Просто сорняк внутри головы.

Маргарита поднырнула под руку Вудроу, схватила чемодан за ручку, и приоткрыла вторую створку дверей. Вудроу снова закрыл дверь.

– Как грубо! – она зло глянула на него. – Чего вы хотите?

– Всего лишь хочу, чтобы ты была моей… служанкой. Мы ведь заключили договор. До конца испытательного срока остался всего один день.

– Нет.

Маргарита махнула рукой, призывая ветер и створки дверей отворились настежь. В помещение тут же влетело облако красных лепестков:

– Я ухожу.

В руках Вудроу откуда не возьмись появился букет цветов в серо-белую клеточку:

– Я виноват.

– Мастер…

– Прошу, просто Вудроу. Послушай, Маргарита… не думай, что я какой-то карикатурный богач, для которого чувства других ничего не значат. Наоборот, я творю свои картины, чтобы запечатлеть чувства. Настоящие чувства… Это именно то, что я хочу делать в этой жизни. И не только потому, что так я зарабатываю деньги… Но это бывает так сложно, когда в реальности всё такое притворное. Откуда тогда брать вдохновение? Чтобы делать что-то не настоящее нужно ведь брать за основу что-то настоящее, иначе будет получаться шлак. Мне иногда просто хочется остаться в воображаемом мире, чтобы не видеть хаоса реального. Но ты… реальность —твоя стихия. Ты же не просто девушка, которая убирает пыль. Точно также как я знаю цвета красок, ты знаешь какой у чего вкус и аромат, что подходит к чему, что модно, что уютно. Иногда мне кажется, что это ты аристократка, а не я, и дело тут вовсе не в родстве, и… – он совсем потерял мысль.

– О, Геката, вы… ты намного лучше управляешься с кисточкой, чем со словами.

– Пожалуй…

Она приняла букет:

– Это настоящие цветы?

– Да.

– Ты просто купил их у цветочницы как они есть, и даже не потрудился подобрать цвет?

– Но ведь… так они более настоящие…

Запах цветов походил на сирень.

– Хорошо, – Маргарита оторвалась от букета. – Можешь считать, что испытательный срок пройден.

Когда Маргарита возвращалась в свою комнату, то в коридоре в неё врезался клубок радости:

– Я так боялся, что ты уйдёшь! – глаза Пэнза были налиты волнением и готовились дать течь.

– О, Пэнз, брось. Неужели ты настолько ко мне привязался?

– Я боялся, что будет с мастером, если ты вот так уйдёшь.

– Мастер взрослый мальчик и как-нибудь нашёл бы себе горничную прежде, чем помереть от голода в одном из карманных миров. Или быть погребённым под слоем пыли в собственной башне.

– О, я нет, я не об это… я… хочешь три загадки от потомка сфинксов? – внезапно сменил он тему.

– Всегда пожалуйста, – за месяц Маргарита уже привыкла к этой игре. – она открыла дверь в комнату, открыла чемодан, открыла дверь шкафа, и принялась раскладывать вещи обратно.

– Загадка первая. Какой конь не ест овса?

– Конь, конь… – Маргарита посмотрела на букетик цветов в клеточку, лежавший рядом. – Шахматный конь.

– Верно! Вторая загадка. Каких камней нет в море?

– В море? – Маргарита достала из чемодана запасную форму и вспомнила как намочила её в одной из картин. – Сухих камней.

– Великолепно! И третья загадка… – Пэнз приземлился на стол и довольно добавил: – Я сочинил её сам.

Девушка напряглась.

Комком застряну в горле,

Мешая подобрать слова.

Со мной глаза наполнит жажда,

Как будто ты студёная река.

Я не писатель, но со мной

Искусный маг поверит в сказку.

И нет палитры у меня,

но я людей вгоняю в краску.

Щёки Маргариты зарумянились, она отвернулась в сторону, и тихонько, застенчиво сказала:

– Как грубо…

На следующий день в башню художника прибыли новые лица.

Двери отворились настежь и в помещение влетела девочка, похожая на маленькую прелестную куколку с соломенными волосами. Она врезалась в Вудроу и крепко его обняла.

– Я так скучала братик! – глаза куколки превратились в две недовольные щёлочки, как только она заприметила Маргариту. – А это ещё кто?

– Маргарита Блакит, – горничная сделала реверанс.

Девочка ещё больше сжала пояс Вудроу.

Следом с тяжёлыми чемоданами вошёл высокий, хорошо сложённый брюнет:

– Госпожа, я же просил вас не убегать. Мастер, добрый день.

– Сколько раз я просил не называть меня мастером… – поправил незнакомца Вудроу.

– Послушай, Вуди, мы ещё со школы вместе, но пока я буду твоим телохранителем, давай соблюдать формальности.

Аркадия задумалась о том, что ждёт её в будущем в компании всех этих людей и всех этих картин. Окно открылось от сквозняка и сверху посыпались красные лепестки.

Outro