Все произведения
Настройки
20

Анонимный автор

Молодая звезда

Сборник
Последний конкурс (2025)

12 апреля 144 года со дня подписания Мира

неделя до отлета

и уже примерно десять лет с того момента, как ты впала в «кому». муа всё это время приходил к тебе в палату и сидел рядом с тобой в надежде, что однажды ты проснешься. муа раньше не разговаривал с тобой, думал, что это глупо. но, видимо, муа достиг того возраста, когда делать глупости стало снова нормально. сейчас сижу рядом с тобой, пишу это и чувствую, что ты бы это одобрила. теперь муа боится, что ты уже никогда не проснешься или, что, когда ты проснешься, муа будет уже мертв. поэтому и решил оставить тебе сообщения хотя бы в таком виде. быть может, когда-нибудь ты сможешь их прочитать.
моя жизнь почти никак не изменилась за эти десять лет. всё так же вещаю по четвергам раз в неделю со своими миксами. проблем с выбором книг для них не возникает, постоянно тянет перечитывать что-то, что читал в юности.

что меня натолкнуло на то, чтобы начать тебе писать? то, что до отлета остается всего неделя. и неизвестно, что будет на Молодой Звезде. но в любом случае, рад что твоя идея реализована. жаль что мы вместе не можем прожить этот момент. надеюсь, на Молодой Звезде будет выстроен какой-то новый уютный мир, как пытались сделать на этой планете. но делать это с чистого листа проще. как скачут мои мысли. наверное, это потому, что ты мне не отвечаешь.

нужно собрать вещи и подать заявку на отправку их на корабль. займусь этим вечером, или ночью.

так и не нашел, что можно делать одному в квартире вечерами. мне стыдно в этом признаться, но порой у меня возникают мысли, что тебе в твоих грезах нравится быть больше, чем тут вместе со мной, и ты специально не возвращаешься ко мне. но это, конечно, глупости.

ещё мне время от времени кажется, будто муа видит твои сны вместо своих. какие-то они слишком незнакомые, но словно очень похожие на тебя.

как бы там ни было, мне пора уходить, уже поздно. забавно, что на написание самого главного у меня не хватило времени.

***

муа вышел из палаты и уверенным шагом двинулся к выходу. в больнице он чувствовал себя как рыба в воде. он провел здесь практически всю жизнь, впрочем, как и большинство последних жителей планеты. сначала муа приходил навещать отца, потом Флору. все сотрудники хорошо знали муа, настолько, что не обращали внимания, потому что он был необщительным, и не любил, когда с ним контактировали без причины. успешно миновав всех встреченных сотрудников, он добрался до выхода, где встретил человека, с которым приходится контактировать каждый раз – сторож старых взглядов, который посчитал бы неуважением отсутствие прощания. и тут уже муа шел на уступки.

муа вышел на улицу. было темно, фонари не работали. путь к автобусной остановке лежал через аллею из искусственных деревьев. муа не стал включать свет, и шел, ориентируясь по деревьям этой аллеи, двигаясь ровно в направлении удаления перспективы. есть какой-то дополнительный уют в том, что человек может ходить по своему дому, не включая свет, потому что хорошо его знает, помнит, где что лежит. знакомые вещи, на которые смотришь через полутьму,  а с городом немного не так. ведь ты запомнил его после того, как он изменился и стал чужим.  когда-то это место было совсем другим. это был разрушенный послевоенный город, ты в нем вырос, и к нему привык. а потом государство восстановило то, что было нужно восстановить, спрятало то, что восстанавливать было слишком трудоемко, и на месте разрушенного старого города появился новый, но не такой каким был старый. ты не мог принять его, потому что слышал рассказы про то, каким был город раньше, и видя руины, мог себе представить, что тут было до войны. но самое печальное, что новый город казался тебе не только хуже старого города, но и хуже разрушенного старого города, потому что новый был искусственным, а руины были настоящими. для тебя руины стали «домом», а потом их разрушили для тебя, и теперь ты живешь в разрушенных руинах. но это не серьезные мысли. серьезно стоит подумать над тем, успеешь ли ты на последний автобус или нет.

13 апреля

наверное, дату нужно было поставить не сейчас, когда это пишу (днем), а в полночь. вообще не уверен, что ставить даты было хорошей идеей, просто не хочется что-то редактировать, а в начале дата уже стоит.

муа уснул в кресле рядом с твоей кроватью в больнице. раньше такого почти ни разу не было, у меня раньше не было проблем со сном в ночное время. так глупо вчера сбил режим.

пока спал, тебе поменяли капельницу. муа это понял по тому, что цвет жидкости внутри другого цвета. они их почему-то делают ярких цветов. сегодня она оранжевая.

сегодня в палату заходил врач. давно его не видел. он до сих пор держит на меня злость из-за ссоры по поводу твоей транспортировки на корабль. знаю, что это был твой выбор, и всё же  не понимаю, почему ты его сделала, и ничего не сказала мне. говорят, что многие подписали эти документы. они будут точно так же лежать в больнице, получать уход от докторов-роботов. а в случае выхода из комы их отправят на Молодую Звезду. хотя, шансы, конечно, малы. люди всё реже выходят из комы, а если выходят, то на совсем короткие промежутки времени. особенно дети тех, кто был в эпицентрах.

пыталась начать составлять микс для своего последнего наземного эфира, но почему-то ничего не идет в голову. возможно, это из-за плохого сна. ну да ладно, время ещё есть, в принципе.

знаешь, иногда ты открываешь глаза, осматриваешь комнату, не останавливаясь ни на каком предмете, даже на мне, ты словно смотришь на этот мир во сне, или просыпаешься, но не узнаешь его. и каждый раз ты снова закрываешь глаза и продолжаешь свой сон.

сегодня ушел от тебя раньше чем обычно. как-то мне было не по себе. как будто что-то изменилось.

***

в окне проплывали знакомые улицы, которые так часто меняют свои названия и свой облик, но каждый раз муа к ним привыкает. в детстве мне часто приходилось совершать поездки на автобусе. тогда муа тоже ездил в больницу, но чтобы навещать отца. отец был одним из тысяч людей, которые были отравлены «послевоенным дымом». муа приезжал к нему в больницу почти каждый день. смотрел на то, как ему больно, хоть он этого пытался не показывать. однажды, возвращаясь домой в автобусе в трёх креслах впереди себя, (муа всегда старался садиться на одно и то же место) муа увидел рыжеволосую девочку. это была Флора. она всегда была в наушниках, и всегда смотрела в окно. но наше знакомство произошло не там.

мы случайно встретились в академии. муа был на втором курсе литературного факультета, она только-только поступила на первый курс физического. муа пил кофе в академической столовой. она подошла и спросила, поедет ли муа сегодня в больницу. муа ответил утвердительно. Флора попросила меня передать посылку её отцу. муа согласился. она достала из рюкзака непрозрачный пластиковый контейнер и протянула мне. назвала имя своего отца и номер палаты, в которой он лежит. потом сказала «большое спасибо», сделала два шага в сторону выхода, обернулась, спросила моё имя, назвала своё и ушла.

после пар муа поехал в больницу, зашел в палату, номер которой она назвала. в палате была всего одна койка. это странно, ведь больница была переполнена пациентами. в палате моего отца лежало четыре человека. отец Флоры сидел на своей койке, уставившись в пол. муа передал ему посылку, он сказал «спасибо», дрожащими руками забрал её, положил на тумбочку, и продолжил разглядывать напольное покрытие. муа сказал: «до свидания» и ушел. когда протягивал ему посылку, хорошо рассмотрел лицо этого человека. кожа была почти прозрачная, а то, что под ней было серым, в некоторых местах даже черным. то же самое было с руками. таких тяжелых пациентов муа ещё не видел. мой папа, его соседи по палате, больные в коридорах были просто очень-очень бледными.

муа рассказал о нем своему папе. тот сказал мне, что такие вещи происходят с теми, кто работал в «зоне больших взрывов», а не просто подвергся воздействию «послевоенного дыма».

в следующий раз муа встретил её у кофейного аппарата в больнице. она завела разговор, скорее из вежливости, чем от желания разговаривать. мы выпили кофе и ушли в разные палаты. а теперь муа пьет кофе в ее палате.

приехал домой. в квартире пахло пустотой и старыми воспоминаниями. не собирался сегодня что-то писать, но нахлынули воспоминания, и не смог сопротивляться. записал это, но не для Флоры, а просто. не знаю. почему писатели перестали писать? почему делают только миксы из старых произведений? они же продолжают думать и чувствовать, у них есть мысли, которыми хочется поделиться? разве этого недостаточно? да, новый сюжет не придумать, но разве сюжет был действительно важен хоть когда-то? по-моему, нет.

уснул рано. снилось, как будто иду по улице, кругом много людей, и вдруг меня кто-то окликает, оборачиваюсь, но сзади никого нет. и в этом момент моё тело теряет силу притяжения и начинает плавно подниматься в воздухе вверх. все смотрят на меня, смотрю в ответ на них, но ничего не могу сделать. спустя примерно секунд десять левитация меня снова кто-то окликает, и муа просыпается.

 14 апреля

решил сегодня прогуляться. пошел в больницу пешком. через искусственный парк. никогда не любил эти штуки. хотя в это время года они смотрятся довольно мило и убедительно.

- привет. ты чего не спишь?

это сообщение пришло мне в 2 часа ночи примерно через неделю после встречи у кофейного автомата. в это время муа слушал музыку и листал новости на компьютере. последнюю неделю муа раньше трех ночи спать не ложился, компенсируя ночную свободу дневным сном. ночное бодрствование муа поначалу оправдывал творческим вдохновением, хотя ничего не писал, кроме коротких постов в своем микроблоге.

и тут приходит это сообщение. муа удивился, но не так уж сильно. многие мои знакомые писали мне ночью такую фразу. их, наверное, одиночество грызло сильнее, чем меня.

- привет. ты чего не спишь?

- привет. да так. увлекся бездельем. а ты?

- не могла уснуть. Знаешь, как по-английски бессонница?

- не.

- insomnia. по-моему, звучит красиво.

- да)

следующее сообщение она написала через десять минут.

- ты не сидишь на сайте remylife?

- не. что это за сайт?

- сайт для общения. пишешь сообщение, оно отправляется случайному человеку. а тебе приходит случайное сообщение от кого-то другого.

- забавно. надо зайти туда как-нибудь. интересные там собеседники?

- разные. просто мне понравилась сама идея. абстрагирование и анонимность - вещи, которые делают этот глупый сайт чем-то вроде вводно-рандомной системы общения. по-моему, это интересно. мой собеседник может говорить что угодно, я могу говорить что угодно. мы можем перестать отвечать на сообщения друг друга. он может быть кем угодно, и я.

- возможно, кто-то из собеседников в тюрьме или серийный убийца. возможно, он живет в квартире на этаж выше, и установил жучок в лампе у тебя комнате) возможно, муа создал этот сайт, возможно все остальные аккаунты боты, и единственный человек, к которому приходят все реальные письма - это муа. и отвечает на них только муа.

- хорошая попытка, муа)

- )

- вот я с тобой начала общаться и у меня начал собираться в голове образ. и каждый наш поступок - новый кирпичик в этом образе. каждый день - новое его подтверждение. и очень важным оказывается первое впечатление. и если ты меняешься, может случиться, что у тебя не получится проявлять это в социуме. ведь они не смогут поверить в того нового тебя. и ты будешь самим собой только наедине с собой. но это так, отвлечение. мне просто интересно, какой образ меня сложился у тебя в голове?

- образ умной, но веселой девушки. и, мне кажется, что ты мечтательница.

- почему ты называешь себя муа и говоришь о себе в третьем лице?

- потому что муа ещё не заслужил говорить от первого лица
-  а если серьезно?

- это просто моя фишка. мне просто нравится, как это звучит

***

помнишь, как ты говорила, что в старости мы будем перечитывать наши переписки и нам будет грустно? как же ты тогда была права. муа теперь только этим и занимается. хм, у тебя то может всё гораздо лучше в твоем вымышленном мире. может быть, у тебя всё именно так, как мы мечтали. а у меня нет. не могу заставить себя перестать думать о тебе в негативном ключе, поэтому ухожу из больницы совсем рано. возвращаюсь домой, собираю вещи для отправки на корабль. твои вещи не беру.

                                                                                                                   15 апреля

утром приезжали грузчики. забрали всё то, что муа решил взять с собой на Молодую Звезду. муа с большим запасом вложился в лимит по весу. путешествовать нужно налегке, как птицы… а ведь если бы привел в сравнении рыб, а не птиц, звучало бы не так красиво. хотя смысл тот же. не люблю сравнения. они играют на наших чувствах, как стихи. может, составить последний микс из стихов? наверное, не получится, давно к ним охладел.

после ухода грузчиков в квартире тут же воцарилась совсем неуютная пустота. пустые полки и шкафы, открытые дверцы, необычно большие комнаты.

муа поехал в больницу. пробыл там весь день. вслух читал стихотворения, сидя на подоконнике. воспоминания заставили меня делать это особенно усердно, громко, с выражением. так, как муа читал их Флоре до комы. хотя нет, муа их перестал читать гораздо раньше. после прочтения одного очень эмоционального стихотворения, когда строки выходили из меня практически криком, дверь в палату приотворилась, и в образовавшуюся щель заглянула старшая сестра. муа посмотрел на неё. из-за того, что муа выключил линзы (для чтения мне они были не нужны), мне показалось, что её лицо находится в тумане. словно за стеклом… когда муа снова включил линзы, увидел, что старшая сестра улыбается. она попросила меня так не шуметь. муа пообещал, что побольше не побеспокою её. когда старшая сестра вышла, муа засмеялся. уверен, что Флора тоже бы рассмеялась в этот момент.

пишу это в дневник, вместо того, чтобы оставить сообщение ей. у нас ссора? можно ли считать, что муа игнорирует её, если не пишет ей целый день? хотя до этого не писал несколько лет. если у нас ссора будет лучше, чтобы она об этом не узнала.

муа вышел из больницы, когда солнце начало заворачивать за горизонт. на меня дул теплый ветер. учёные говорят, что он очень опасен для организма. советуют не дышать в ветреную погоду, и минимум два раза в месяц посещать капсулу чистого дыхания. и всё же муа решил прогуляться. может быть это последний мой шанс совершить прогулку по родному городу. муа был далеко от центра, от набережной и каких-либо других популярных мест, поэтому прогулка выглядела очень глупо. люди кругом спешили домой, по делам, или ещё куда-нибудь. пришлось сделать вид, что муа тоже куда-то идет. муа шел, а мимо меня мелькали высокие здания, лица людей, фары автомобилей и вывески магазинчиков и кафешек, зазывавшие посетителей. в конце концов муа заглянул в бар с названием «ни горячо / ни холодно».

бармен наливал пиво человеку, сидевшему за стойкой. по большому экрану, висевшему в углу бара двое посетителей смотрели какой-то кибертурнир. справа за столиком сидели две девушки и о чем-то болтали. муа сел у входа и кивнул бармену, тот тоже ответил мне кивком. мужчина, которому он наливал пиво, посмотрел на меня оценивающем взглядом. наверное, искал себе собеседника. бармен отдал ему пиво и подошел ко мне.

- чего вам?

- один бокал «крови с кислородом».

муа не попытался заводить с ним разговор, и он отошел туда, откуда из-за стойки было лучше видно экран. мужчина, который сидел справа от меня, погрузился в свой смартфон.

муа медленно потягивал вино, когда сзади послышался звук открывающейся двери.

- Билли, иди сюда. налей-ка мне как обычно.

бармен смешал что-то и что-то в шейкере, и протянул это вошедшему. тот отхлебнул немного и спросил:

- ну, что говорят по поводу транспортировки твоего бара?

- даа, всё тянут и тянут. завтра опять пойду к управляющему. сдаётся мне, не разрешат всё это транспортировать на корабль. не укладываюсь по весу, даже не смотря на повышенный порог предпринимателя. а если платить за дополнительный вес, это не выгодно совсем получается. придётся в последний день всё распродать. это будет первая «черная пятница» с настоящими скидками.

- я слышал так многие собираются сделать. как всегда, страдают мелкие торговцы. ну и жаришка начнется в последние два дня.

- а ведь это, Генри, потом аукнется уже там, наверху.

муа попросил бармена повторить. пока он это делал, его собеседник посмотрел на меня, улыбнулся и сказал:

- вы, наверное, из больницы сюда приехали?

- да, а как вы… - но муа сообразил раньше, чем задал вопрос полностью. забыл снять со свитера бейдж посетителя больницы. – аа, это. постоянно, забываю его снимать.

- вы из Сосен?

это название больницы.

- да. навещал старую знакомую.

- а я там лежал недавно. и, по-моему, видел вас в коридоре, или у кофейного аппарата.

- возможно. часто там бываю. почти каждый день.

- как и многие, - добавил бармен.

мы кивнули и сделали по глотку.

- вчера ко мне в бар заходил парень один, - начал рассказывать бармен – и про одну свою идею мне размусоливал. сказал, что для Земли эта миграция станет концом света.

- так и сказал? – удивился Генри – с чего это вдруг?

- ну, человечество же покидает планету. это то же самое, как если бы она исчезла вовсе. нет, не так. он сказал, что для людей и Земли это станет разрывов отношений фактически.

- но мы же не навсегда покидаем её. просто делаем передышку. к тому же на Земле эти новые люди останутся. какие-то роботы будут повторять за нас историю. люди решили сыграть в стратегию на реальной территории.

- а, по-моему, они играли в стратегию всё это время. и конец света уже давно произошел. а мы население постапокалипсиса. то, о чем писали раньше в фантастических книгах, стало реальностью. но причины у этого гораздо более банальные.

- а шансы на хэппи энд весьма сомнительные, - продолжил муа мысль бармена.

чуть позже Генри добавил:

- как бы МЗ не стала для нас второй атлантидой.

- давайте не будем портить такое красивое название глупыми аббревиатурами, - ответил ему муа с сарказмом.

- кажется, я вас слышал пару раз, - сказал Генри – дайте угадаю… 141 волна?

- да, верно.

- а я ни разу не слышал. работаю каждый вечер, не до радио. у вас же вечерние эфиры?

- да, вечерние. но на моем сайте можно послушать все эфиры в любое время. они в бесплатном доступе.

- а своё вы что-нибудь пишете, или только миксы?

- пишу, но в стол. сами знаете, как сейчас относятся к новым книгам. после выхода «Последней книги» ни одна не получила положительных оценок. издатели отказываются печатать новые книги, потому что они не окупаются. - я раньше тоже верил в теорию Луны, но всё изменилось после всех этих открытий. это же доказало, что возможны прорывы, что человечество не дошло до конца. почему никто этого не понимает?

- потому что это не популярно. пока не появится человек, который напишет что-то настолько сильное, что все не смогут отрицать этого, все будут твердить про «Последнюю книгу».

- копировать – это плохо, но почувствовать образ и связать его со своими мыслями – очень даже не бесполезное занятие. так говорил Гёте. я считаю, что после доктрины Луны было несколько довольно хороших поэтов, как минимум.

мужчина, который до этого копался в своём смартфоне, и пил пиво, неожиданно встал и начал нам доказывать, что поэзия — это зло. при этом он яростно жестикулировал.

- эти чертовы поэты описали все возможные вариации любви и отношений, они исказили и максимизировали эти благородные чувства. и все девушки зомбированы этими историями и песнями. каждый раз, когда я пытаюсь сказать своей возлюбленной что-нибудь красивое, сделать ей приятный комплимент, получается какое-то чудовищное безобразие, потому что эта тема уже давно до нас исчерпана, и всё сказанное смотрится наигранно и глупо. любви больше нет. поэты убили её.

он посмотрел на нас и шатаясь побрёл в туалет.

- мда. Билли, сколько он уже выпил?

- в моём баре только один бокал пива. но он пришел уже слегка пошатываясь. уже не в первый раз. постоянно напивается дома, потом ему становится скучно, и он приходит сюда, искать компанию. часто спорит с кем-то. я всё жду, когда он подерется с кем-нибудь, чтобы была причина не пускать его больше. надеюсь, на Молодой Звезде он меня не найдет.

- другие найдут.

- мне всегда было интересно, как живут люди творческих профессий. у вас же, наверное, полно свободного времени?

- да, но ближе к старости становишься самодостаточным.

- и всё равно это не сравнится с нашим трудом. легко быть творцом. поймал вдохновение, и пиши себе. а если нет вдохновения, сиди и жди. тебя ведь никто не торопит. вот потребителем быть сложно. столько всего надо успеть. смотреть все новые фильмы, следить за модой и спортом, за музыкой. а ещё ведь семья. а ещё ведь работа. ну, да ладно. на Молодой Звезде всё будет по-другому.

уходя, муа сказал бармену, что могу провезти часть его груза на космокомплекс по своим документам, ведь не полностью потратил свой лимит. сказал, что завтра принесу ему нужные документы. он обрадовался, дал мне с собой бутылку вина.

муа вернулся домой. отсутствие предметов в моем доме навеяло ассоциацию с внешним миром. Земля ведь сейчас выглядит точно также. как квартира, которая готовится к выселению. ещё мне не даёт покоя мысль, как много секретов и памятных мест осталось здесь. и каждый человек возлагает на Молодую Звезду свои надежды на новую жизнь. у каждого дела пойдут хорошо. начать новую жизнь по инерции гораздо проще, чем сделать это внутренними усилиями.

сел за дневник. хотел написать что-то ещё про наши первые недели знакомства с Флорой. но почему-то ничего из этого не кажется мне действительно нужным здесь. тем более, что начало нашего общения было омрачено смертью её отца. именно в этот день она мне написала ночью. а ведь у меня были совсем другие мысли по поводу того диалога. мне пришлось вытаскивать Флору из горя. но муа был глуп, молод и настойчив, наверное, поэтому мне это удалось. время шло, и потихоньку затирало воспоминания и нехорошие мысли. мы много гуляли, не смотря на тёплые ветра розового цвета. Флора иногда вместе со мной ездила в больницу к моему отцу. и эти долгие ночные переписки. когда мы начали встречаться с Флорой, моя успеваемость по всем предметам резко ухудшилась. муа не находил достаточно времени на учебу. а на Флору моё появление в её жизни практически не отразилось. во всяком случае, на учёбу точно. она делала большие успехи, была лучшей на курсе. преподаватели постоянно предлагали ей участие в различных научных конференциях, но она всегда отказывалась, ссылаясь на то, что занимается каким-то крупным проектом. его она держала в тайне. ничего не говорила даже мне. муа пытался как-то прочитать её записи в ноутбуке, но все документы были под паролем. и муа не подозревал, насколько важный это проект. да, и какая мне была разница, что именно изучает моя девушка? муа каждый день проводил с ней, и это было чудесно.

помню, как просыпался утром, чувствуя, что пришел новый день. и у жизни был вкус. сейчас же жизнь просто идёт. муа писал, что новую жизнь проще начать по инерции. точно так же ты привыкаешь к жизни, построенной на обязанностях и привычках. муа каждое утро готовит завтрак, едет в больницу, сидит с Флорой и готовит новый микс. обедаю чаще в больнице, или где-то поблизости. вечером готовлю ужин. почти каждый день хожу в бар. почти каждую неделю пишу что-то в своих черновиках. а ещё читаю книги, листаю новостную ленту, общаюсь со старыми друзьями. кстати, о старых друзьях. муа заметил, как быстро они от меня стали отдаляться после того, как Флора впала в кому. видимо, печальная атмосфера и близость болезни их угнетает. всё это давно превратилось в рутину, но в каждом действии муа видит смысл.

что люди делают, когда узнают, что счастье больше никогда не повторится? что лучше уже никогда не будет? помню лето, ставшее для меня самым лучшим. это лето совместило в себе реальность и грёзы, любовь и горечь утраты. и это знание делает меня абсолютно свободным. муа просто успокоился, и хранит память об этих счастливых днях, потому что, чем дольше о них кто-то помнит, тем больше их ценность. Стивен Кинг, в своей книге «Страна радости» написал, что бесконечное лето бывает только в сказках. муа каждый день возвращается в свое бесконечное лето в стране радости. или у меня просто сейчас есть нужное настроение, чтобы так написать здесь?

муа часто приходил к Флоре домой. если бы у меня была возможность, муа бы нажал на этом месте паузу и бесконечное повторение. это было наше золотое время.  надеюсь, она сейчас видит именно эти дни. мы веселились, танцевали под её глупую музыку, смотрели фильмы, пили чай. муа читал стихи, сидя на подоконнике в её комнате. муа рассказывал ей идеи своих будущих миксов и рассказов. мы много спорили по поводу того, что муа собирается писать. муа был не доволен тем, что не может вместить в черновики тот нужный смысл и гармонию, которым обязано обладать каждое уважающее себя художественное произведение. а Флора считала, что открытость и простота важнее, и что мне больше нужно заботиться о том, чтобы все выглядело красиво и романтично.

мы вместе мечтали о том, какими станем в будущем. например, что скоро будем очень известными – она учёным, который изменит мир, муа писателем, который это зафиксирует на бумаге. или непризнанными гениями, труды которых оценят по заслугам только после смерти. или плюнем на всё это, и выберем тихую семейную жизнь без этих волнений, открытий и ночных приступов вдохновения. каждый раз мы строили новую проекцию будущего. каждый день мы сидели и создавали эти идеальные миры. и каждый такой день чувствовали всё то счастье, которое рисовали в своих грёзах. так мы путешествовали во времени. туда и обратно. а самая большая ценность этих мечтаний была в том, что создавал их не один человек, а двое. это придавало большую степень реальности. споры о том, жить мы будем в высокой многоэтажке с красивым видом, или на природе в своем уютном домике. как мы будем проводить время -  полностью отдаваться работе, или находить время на развлечения, концерты, фестивали. сколько у нас будет детей, какие у нас будут знакомые, какие у нас будут домашние животные, куда мы поедем путешествовать. внутренний мир может быть идеальным, но только если о нем никому не рассказывать. муа жалеет о каждом своём мечтании, о котором когда-либо пробалтывался людям. но не жалею о мечтаниях, которые рассказывал ей, потому что не считаю её чужим человеком. мы говорили о том, какими хотим стать. говорили о том, какая у нас будет жизнь. и эти грёзы были услышаны. и кто-то решил, что этому никогда не бывать.

 16 апреля

завтра эфир, а мой микс готов только наполовину. подобрать отрывки книг, которые бы соответствовали рекламе зонтов не так-то просто.

просидел с Флорой весь день. в её капельнице был раствор красного цвета. с черновиками в больнице работать проще чем в квартире. ничто не отвлекает, ничто не раздражает. здесь так тихо всегда, словно постоянно раннее утро. мы смогли всё-таки собрать по крупицам этот микс. наверное, это будет мой худший эфир.

вырвавшись из объятий здания, муа направился во вчерашний бар. нужно отнести документы Генри. вспомнил свои вчерашние мысли по поводу последней прогулки на Земле. что ж, перед смертью не надышишься.

а ведь когда-то муа совсем не любил гулять, хотя, правильнее было бы сказать – не умел. но с возрастом всё становится на свои места. размышлять на ходу, ловя глазами объекты архитектуры, природы и анатомии – куда плодотворнее, чем делать это в четырех стенах. наверное, человеческий фактор, тут определяющая составляющая. хочется чувствовать жизнь, слышать голоса людей, произносящие мысли этого времени. совсем неправильно зацикливаться на персонажах из книг и фильмов. есть в них что-то искусственное, неправдоподобное. чем больше читаешь, тем больше видишь, как именно писатели вкладывают в своих главных героев черты свои или черты социальные. желание сделать главного героя самым правильным, его образ мыслей единственно верным, а действия и решения логичными и последовательными выдает в сочинителях пристрастность, самолюбие и задетые амбиции. зачастую такие персонажи кажутся безликими и неживыми. при чем, чем больше автор хочет показать уникальность своей мысли, тем больше эти уловки заметнее.

муа пришел в бар, отдал документы. Генри подарил мне ещё одну бутылку вина. муа не стал задерживаться в баре, потому что был уверен, он не позволит мне заплатить за всё, что муа закажет. даже, если бы муа опустошил весь бар, он не взял бы с меня денег. гордость. иначе бы его заведение не было таким уютным. муа давно стал обращать внимание на то, как выглядит хозяин бара или ресторанчика, и как выглядит его поприще. очень часто можно поймать интересные параллели и ассоциации. и «ни горячо ни холодно» выглядело гордо.

вернулся домой. открыл ноутбук, и зашел на свой сайт. число посещений за неделю меня не порадовало, но оно всегда было примерно одинаковым. нечему удивляться.

прошли те времена, когда миксы были в новинку. а после того, как появилась целая армия доморощенных микс-писателей, и у людей появился выбор… все пресытились этими скучными и однообразными переделками реальных произведений. и тех, кто действительно относится к своему делу с должным усердием, теснят те, кто даёт читателю то, что тот хочет – красоту, жестокость, интриги, лёгкость и циничность. муа никогда не считал себя лучшим в своем деле, и частенько у меня возникают трудности с самыми пустяковыми эфирами, как последний. но, когда муа слушает эфиры других популярных микс-писателей, порой становится обидно, грустно и ненавистно. истории, под которыми ничего нет, превозносят, в то время, как действительно хорошим сочинителям приходится работать днем, и писать по ночам. раньше муа сказал бы, что это мир не справедлив. но теперь мне некому этого сказать.

всё чаще муа вспоминает прошлое, пытаясь найти там то, чего мне не хватает сейчас. мысли о прошлом не успокаивают так, как окрыляют грёзы о будущем. это всё так нелепо. только малая часть моих мечтаний осуществилась. самые простые, самые приземленные. мечтать о чем-то сейчас совершенно лишено смысла. муа уже не в том возрасте, чтобы строить планы, «играть вслепую» со временем. да и что, собственно, можно пожелать? чтобы Флора вышла из комы? кому от этого станет легче? муа сейчас уже совсем старик, а она уснула ещё почти ребенком. поэтому остаётся только забыть о плохом, и смотреть на неё, вспоминая о светлом.

почему мне кажется, что вся моя настоящая жизнь была когда-то давно, словно тысячу осеней назад; или где-то далеко, даже дальше Японии?

моё первое столкновение с этим странным явлением. ещё вчера мы с Флорой весь день смотрели наш сериал. смотрели его так, как и нужно это делать – в короткие сроки, по несколько серий в день, и только вместе. а сегодня она почему-то не отвечает на мои звонки и смс. не то, чтобы муа сильно разволновался, но в качестве подстраховки решил приехать к ней и узнать, в чем дело. тем более, что днем мы планировали пойти гулять. глупые мысли, гонимые подсознанием, кричали в моей голове, что что-то случилось. а здравый смысл отбивался фразой «сейчас мы приедем, посмотрим в чем дело, и будем волноваться только, если что-то действительно случилось. а сейчас, хватит себя накручивать. это так вредно для всего организма»

добравшись до её дома уже практически в состоянии нетерпения, близкого к панике, муа позвонил в дверной звонок. меня впустила мать Флоры. она на тот момент уже относилась ко мне более мягко и доверительно, чем при первых наших встречах. сразу заметил на её лице смятение и нерешительность. она не знала – сказать мне правду, или не сказать ничего. наконец, она решилась. запустила меня в квартиру, и под предлогом важного разговора завела на кухню. она села на один из стульев, и, нервно перебирая руками, начала рассказывать:

- сейчас Флора не может встретиться с тобой. но она в своей комнате. не знаю, говорила она тебе что-нибудь об этом, или нет, но я должна объяснить. у неё серьезно нарушен режим сна. сначала бессонница может мучать её неделю или месяц, а потом она впадает в глубокий сон. иногда на сутки, иногда – больше. будить её бесполезно, это, словно, легкая кома. вот сейчас она как раз впала в такую фазу.

- Флора рассказывала мне только про бессонницу. почему-то про остальное она промолчала.

- может, не хотела пугать тебя.

- а когда у неё начали проявляться эти нарушения?

- в четырнадцать. она как раз в это время стала интересоваться наукой. я ещё испугалась, что она на себе какие-нибудь опыты проводит, но Флора уверяла, что эти приступы самопроизвольны.

- а что врачи говорят?

- они ничего не могут сделать с глубоким сном.

- могу посмотреть, как она спит?

- только сильно не шуми.

муа тихонько отворил дверь, и вошел в комнату Флоры. обычная обстановка, если не считать лежащую в постели, а не работающую в своем ноутбуке, как это обычно бывало, девушку.

спала она необычно, как-то неестественно – руки лежат вдоль тела, голова чуть отклонена, рот плотно закрыт, дыхание время от времени меняет ритм, веки приоткрыты, словно она щурится, а зрачки под ними то застывают, то бегают из угла в угол.

- ей снятся сны?

- аа, всегда. она рассказывала, что каждый раз ей снится один и тот же город, который называется Миррлэнд. и, что поначалу он был совсем крохотным, но, чем больше она времени там проводит, тем больше становится этот город.  и людей там не было почти, а сейчас их стало довольно много. она всех их запоминает, разговаривает с ними. когда Флора попадает в Миррлэнд, она словно забывает о существовании реального мира и своей настоящей жизни.

- что же она там делает? живет точно так же, как здесь?

- она гуляет, разговаривает с людьми, ходит в библиотеку читать книги. и ещё много работает над своим проектом. после возвращения из сна, она подолгу сидит и записывает что-то в своем планшете.

- не могу, поверить, что она мне ничего не рассказывала про это до сих пор.

- наверное, боялась, что ты бросишь её, когда узнаешь.

- глупости, - муа сделал паузу -  я никогда её не брошу.

Флора проснулась только через два дня. после пробуждения Флоре было не до меня. первый наш диалог меня очень озадачил.

- пожалуйста, запомни меня такой, какая я есть сейчас.

- почему?

- я хочу, чтобы в твоей памяти я сохранилась именно такой.

-  не понимаю. ты хочешь меня бросить?

она засмеялась.

- нет, конечно. просто наша жизнь сейчас может измениться в значительной степени. учёба, работа, наши достижения навязывают ярлыки, через которые мы кажемся совсем другими людьми. но это иллюзия. на самом деле, внутри мы всё такие же. внутри я буду той же глупой девочкой, которая писала тебе глупые сообщения, не ложась спать до пяти часов, даже если завтра ты узнаешь, что я готовлю покушения на всех президентов всех стран сразу.

- муа понял, что ты хотела сказать. запомню тебя именно такой, - муа улыбнулся – как бы там ни было, уверен, из тебя получится отличный киллер.

- нет, не киллер, я сделаю это по-другому.

- муа напишет про это книгу. назову её «муж террористки», и стану ужасно популярным писателем. так что ты тоже запомни меня тем, кем муа является в данную секунду.

- именно так, муа)

она была полностью захвачена своим изобретением. разработав полностью систему Молодой Звезды и Новых людей, моя девушка потрясла весь мир и ей было некогда даже разговаривать со своим бойфрендом. за всю осень мы виделись только семь раз, а наши переписки были обрывистыми и несерьезными.

мне опять снится, как муа парит в воздухе. это так приятно, так естественно, что муа расстраивается, когда просыпается.

17 апреля. день эфира.

проснулся расстроенным, позавтракал и поехал в больницу.

той осенью мы почти не виделись, а зимой она снова впала в кому. за день до этого у нас произошел долгий неприятный разговор. можно даже сказать, что мы поссорились. когда на следующий день узнал, что она в коме, то у меня даже была мысль, что это муа спровоцировал её. потом откинул эту мысль, потому что она неприятная. быть может зря. Флора впала в кому надолго и её положили в больницу. надо что-то написать ей.

***

не обижайся, что не писал тебе пару дней. хотя для тебя этот перерыв наверное не покажется заметным. время такое разное, такое неоднородное. но оно всегда заканчивается. для меня оно почти закончилось, для тебя… даже не знаю, как можно расценивать это. эти годы вообще считаются? тебя как будто нет на самом деле. но ты в любой момент можешь появиться, как будто ничего не было, с сознанием той девочки, с которой муа переписывался. прямо как ты тогда сказала. но муа то как раз изменился, муа всё это время был тут, ждал тебя, вместо того чтобы жить. эта жизнь в ожидании её же нельзя считать настоящей. это иллюзия. в этом мире муа чувствует себя изгоем на обитаемом острове.

[Он отходит к окну от злости стиснув челюсти. Смотрит на то, что происходит за окном – люди навещают тех, кто лежит в больнице, они сидят на разбросанных по искусственному скверу скамьям, разговаривают, играют с детьми, обнимаются, живут.]

ты должна была помогать мне, греть очаг, создавать уют в доме. только ты узнала, кто такой муа. только ты оценила мои глупые мечтания и приняла со всеми странностями и недостатками. почему муа сейчас один? почему ты оставила меня в этом жестоком бессмысленном мире? почему не взяла с собой туда, где ты сейчас? разве об этом мы мечтали? нет. наша жизнь должна была быть совсем другой. мы бы жили отдельно от всех. муа бы писал книги, новые книги, они бы были уникальными, они бы стали современной классикой. но как муа может это делать без тебя? как муа может преодолевать препятствия и крушить врагов без того, кто бы это оценил, без того, кто бы лечил мои раны и утешал после проигранных боев? как муа может сражаться, если там, где должны быть доспехи, у меня есть только ребра? муа чувствует себя самым слабым без тебя, муа чувствует себя проигравшим и бессмысленным. наша жизнь пошла не той дорогой, мы не дошли до города наших грез, мы остались в самом начале пути – там, где есть только такие же заблудившиеся и потерявшиеся.

***

[Он выходит из больницы в 12:32. В 20:40 приходит на студию, за 20 минут до начала эфира. Радионастройщик подготавливает эфир и уходит, после Муа до самого отправления радиоэфир будет пустым. Муа остаётся один в радиорубке. Он дожидается, когда доиграет последний трек, но вместо опенинга своей передачи включает микрофон.]

интересно, понимаем ли мы, что происходит сейчас? мы просто доверились ученым, и действуем согласно их плану. но пытались ли мы понять, что мы делаем? или мы действуем слепо? завтра мы все улетим, и Земля останется этим роботам. ученые дали им сознание с воспоминаниями о прошлом, с верой в богов, которым те должны поклоняться и приносить подношения. эти подношения ни что иное как ресурсы, которые будут отправляться к нам на корабль. вы понимаете? как это неправильно, как это пошло. знаете, когда это началось? после выхода «Последней книги». мы перестали говорить и из-за этого потеряли возможность думать. мы перестали быть кем-то с большой буквы. мы не думали, и в этом вся проблема. и мы это никак не исправим, у нас нет будущего. у тех, кто летит на Молодую Звезду нет будущего. мы проиграли, и бежим поджав хвост. мы оставили свой дом. мы хватались за Молодую Звезду, как за последнюю соломинку, видели в ней «лекарство от всех болезней», но оно не сработает. оно никогда не срабатывает. у нас даже нет выбора. мы можем задать вопрос «как нам дальше быть?» и проблема в том, что ответ у нас есть. у нас есть готовый рецепт, занесенный в методичку, которому мы будем следовать, потому что действовать иначе мы не можем. это всё, что у нас остаётся. когда мы все погибнем, роботы всё ещё будут приносить к нам на транспортировщики свои подношения. но как долго? пока им не надоест? но это не важно, мы к этому моменту будет уже давно мертвы, болтаться в космосе, пока не сгорим в атмосфере какой-нибудь случайно встретившейся на пути планеты.

ложитесь спать, завтра трудный день. и чуть не забыл, покупайте зонты, на космическом корабле они обязательно понадобятся. там что ни воскресенье, то дождь.

                                                                                                18 апреля день отлета

[Он долго сидел ещё в кресле перед микрофоном, думая, что сказать. Но не придумал, и уснул. В эту ночь ему ничего не снилось. Утром он приехал на пункт отправки, дождался своей очереди, занял своё место в космолете и полетел на Молодую звезду. Флоре он больше сообщений не писал. Но сделал в дневнике последнюю запись].

прошла зима и весна. и мне пришло сообщение от Флоры. «я вернулась. не уверена, что врачи отпустят меня за территорию больницы в ближайшие пару дней. так что, надеюсь, что ты навестишь меня, и расскажешь всё-всё, что я пропустила. я скучала.»

«ты же больше не будешь уходить туда так надолго?»

иногда хочется, чтобы некоторые сообщения оставались безответными, хотя бы до утра. но Флора сразу ответила:

«не могу тебе этого пообещать. давай поговорим об этом завтра. и ложись спать, уже поздно. споки-ноки.»

«спокойной ночи.1»

это последняя сохранившаяся наша переписка, после была ещё одна, но её муа удалил. после неё ты меня забанила. наверное, больше всего в жизни муа жалеет об этом. как бы мне хотелось вернуться в прошлое и не допустить этот бан. на мониторе в фронтальной части салона показывают приближающуюся Молодую Звезду, но муа смотрит в иллюминатор, на удаляющуюся Землю.

[в этот момент начинает действовать яд].