Дело о трёх углах
- Сборник
- Весенний романтический конкурс (2021)
Под вопросом находилось все - комиссия безжалостно и беспристрастно должна была разобрать дело. Действующих лиц было трое: женщина и два мужчины, классическая история, надоевшая всем кто сколько-нибудь смыслит в окружающей жизни. Господа заседатели поочередно зевали, даже самый ретивый и чистый человек может просто подохнуть от скуки если будет наблюдать изо дня в день все эти трагические и комические, скучные и захватывающие человеческие и слишком человеческие истории. Ведь это обыденность и рутина. Когда господа сочинители касаются подобного рода комиссий их неизбежно ждет некое разочарование и печаль: ведь вот посмотрите тут люди! Нет, плевать, стерлись люди, превратились в набор букв и функций из юридического справочника. А пожалуй и функции, к чему эти функции?
И все же вернемся к комиссии. Дело, старое как мир, как два олуха не поделили олухунью. Диво ли? Ан нет.
- Имеет ли господин муж своей жены что-нибудь сказать об сем деле? - спрашивает уже тошнивший от собственной бессмысленности господин младший заседатель. Он здесь сравнительно недавно и не успел приобрести стойкости своих старших коллег, его еще корежило от того что он что-то делает, получает жалованье, а пожалуй совсем ничего не делает, играет в театре для дурных с лица и все!
- Сказать, как муж своей жены, - начал муж своей жены, худощавый человек с выразительными глазами. Особенно он напирал на "своей жены", - имею только то, что этого человечишку имею видеть только лишь в первый, так сказать, раз в жизни, нет позвольте, второй, ведь был еще тот раз когда я разгадал и вычислил как негодяй решил развлекаться с этой очень ветренной и совершенно не думающей, точнее не желающей думать, ведь когда я за нее выходил она была огого думала на отлично, и все хотела выдумать что-то такое, отчего всем станет так хорошо, что вы тут все с кресел бы повскакивали. Но времена совместного быта, обитание с таким скучным и пустым человеком как господин докладчик привели ее в совершенное отчаяние чувств и она совсем забыла как думать. Вернее она не сразу, разумеется, забыла как думать, но постепенно мысли о чем-то вещественном, инженерные проекты по спасению человечества заменились в ее голове на мысли о мысли а потом и вовсе на мысли об одной мысли, да пожалуй просто к одной мысли, к которой в наше время не сможет не прийти ни один человек не имеющий какого-никакого ума а именно эта мысль ее была таковой: как же скучно. Как же скучно, - театрально потряс кулаком муж своей жены, - вот что подумала она в очередной раз глядя на меня, развалившегося в диване и мыслящего только о самых низменных и позорных вещах. После этого она каким-то неведомым, то есть конечно очень даже ведомым и хорошо и вам и мне известным образом, но для меня тогдашнего конечно же совершенно неведомым и неясным образом вышла на, кхе-кхе, гражданина мужского пола который также пожалуй должен выступать перед почтеннейшей комиссией и при этом не являться мною. Далее они производили встречи на, как мне удалось выяснить, регулярной основе. Далее я пожалуй не могу не заметить каким образом они это делали, так как это будет важно для дальнейшего следствия, ведь именно на этих то встречах они и погорели, если так можно выразиться. Он обычно, как будто невзначай, продвигался по направлению к своему служебному месту, где он занимался почтенной деятельностью служащего, тогда как она в это время, как-будто невзначай, выходила на свою утреннюю прогулку, ведь знаете ли, ей тоже следует идти на службу, однако же, заверю вас, в другое, совершенно в другое место, - и тут же прибавил, - не делайте глаза удивленными, она работает в очень хорошем и уважаемом месте, торговкой на рынке, - после чего продолжил, - однако она всегда наряжалась для этих прогулок весьма неподобающим, но, тем не менее, незаметным никому образом. Далее их пути пересекались и они, как будто невзначай, шли вместе. Именно таковыми я и поймал их с поличным, после чего вы и сами все знаете из протоколов, можете посмотреть по ним.
Председатель, само выражение все скуки вселенной с особой невнимательностью не слушал выступающего. Не то что ему было все равно, но как-то, простите за выражение, плевать. Однако, тот напряг все мускулы своей сознательности и изобразив внимательность и участие на обезображенном гримасой равнодушия лице все же сделал следующее не то утверждение, не то предложение не то, совсем уж страшно сказать, предположение:
- Однако, мы выслушали сторону конфликта представляемую мужем своей жены. Есть ли у кого-нибудь вопросы?
В зале только что проснувшийся и непонятно как туда попавший человек, которому послышалось вместо "вопросы" слово "волосы" подскочил и крикнул что у него давно уже нет волос. Больше ни у кого вопросов, по видимому, не имелось и господин председатель, с невероятно скучающим и ужасно скучным выражением лица, голосом полным уныния скучающей натуры не мог не продолжить в следующем, скажем так, ключе:
- Таким образом, вопросов, а точнее, уточню, уточняющих, так сказать, выступление, так называемого, скажем так, мужа, что называется, своей жены, мы можем, выражаясь по простому, продолжить, заметим на это особо, заседание, так сказать, по данному делу. Теперь выступает жена своего мужа.
- Могу сказать по этому делу, - начала жена своего мужа, высокая женщина с далеко смотрящими глазами, - что высказывания мужа полностью неправомерны и несправедливы если не сказать резче, противоречивы и не содержат в себе и капельки живительной, так сказать, истины, но только лишь смутные догдаки, порождение больного и вовсе даже не здорового рассудка скорбного умом и сообразительностью человека, который увидев в щелочку свет чуть не ослеп и пришел в неописуемый ужас от того что может твориться за пределами потемков его сумрачного и зловещего в совей ограниченности и бесконечной злобе ко всему окружающему сознании. Таким образом я хотела бы начать с самого начала, с того момента как я, собственно говоря, встретила и полюбила этого странного и загадочного человека, который мало того что стал моим мужем так еще и сошел с ума ровно на моих, так сказать, глазах а потом и о том что произошло впоследствии и привело к тому что мы имеем так сказать разбирать в данном конкретно взятом месте и на данном конкретно определенном заседании вашей так сказать комиссии. Иначе говоря я хотела бы рассказать историю своей любви. Но эта история не так проста как кажется. Она, если так можно выразиться, включает в себя несколько историй, которые, будто подчиняясь законам великой эстетики, вернее говоря, каждая из которых, подчиняясь законам вышеозначенной эстетики являет собой завершенную и органичную историю, так сказать, драму которую при должной литературной обработке можно было бы ставить в театрах, однако у нас здесь не театр и это вовсе не чтение друг другу вымышленных историй, но напротив, место где мы пытаемся доискаться до самой сути происшедшего и именно поэтому я хотела бы начать, начиная говорить, с самого начала. А началось все с того что мы и он познакомились. Тогда он был талантливым и очень умным человеком, совмещая в себе качества человека чувственного и умственного. Сначала мы, в тот период времени, могли говорить на заумные темы, постепенно все сводя в шуточную перебранку, мы многое друг другу позволяли в плане разговоров как друг с другом так и о друг друге, ведь получается именно тогда я поняла, что этот человек мне невероятно дорог, я так хотела быть с ним, так сказать, рядом и видеть как он дышит. И вот поднося однажды ему во время нашего разговора стакан чистой воды я вдруг захотела, чтобы когда он выпьет этот стакан до донышка, чтобы он, как это честнее выразиться, обнял меня и пощупал бы в районе чуть выше живота. Да господа заседатели, не удивляйтесь, но вы сами просили проявлять наиболее возможную честность, так как она несомненно может помочь в расследовании столь сложного и важного дела, так как, как я уже вам неоднократно говорила, мы здесь ищем истину, а не делимся интересными историями из жизни. Если все таки возвращаться к моему рассказу то он, когда вполне закономерно осушил стакан, а прошу заметить на это особо пристальное внимание, этот страстный и талантливый юноша не был тогда еще моим мужем, моим мужем он стал лишь время спустя. Так возвращаясь к, как вы наверное поняли, рассказываемой вам истории я очень хотела чтобы он там пощупал. Непременно выше живота, а не ниже, так как в противном случае это было бы уже действие несколько иного порядка, к какого рода мероприятиям я тогда чувствовала себя еще не очень в некотором роде готовой, так вот осушив стакан, он все таки обратил внимание на мое внимение к нему и даже несколько повеселел, в его выражении появилось та его неуловимо умная черта загадочным образом соседствующая с чертою страстной. Он именно что тогда и схватил выше живота и меня тогда охватило такое знаете ли чувство, что в голове что то ударило, а потому стало как то даже хорошо оттого что такой хороший человек так удачно схватился. После той истории при встречах мы более неловко чувствовали себя в присутствии друг друга, вернее было бы отметить, что я говорю предельно достоверно именно что про себя, но что же касается его то я почему то более чем уверена, что он чувствовал чувства такого же смысла, в том смысле и роде, что очень уж неловко. Все таки это было близко к телесной близости, это было, если позволите выразиться, прологом той самой, самой настоящей телесной близости, что бывает между любящими друг друга людьми. Так я сказала и если продолжать данную линию повествования, то вскоре мы стали встречаться чаще. Блеск его ума складывался с блеском ума моего и мы очень часто выдумывали, но в этом отношении он конечно же был достаточно умен. И вот тогда то мы и решили наконец стать парой легального порядка, все таки это было бы вполне закономерным, так сказать, развитием наших отношений которые давно и надежно шли к такого рода решению, ведь не все нам встречаться как птицам слетелись по-куковали и разлетелись, отчего и возникла необходимость свить, так сказать, гнездышко (а обратите внимание как это я по птицам прошлась, видать зря, значит не как птицы, уж простите меня за неудачную аллегорию) и узаконить наши отношения перед законом. Далее мы сочетались в так называемом браке. Наша дальнейшая жизнь была более странной и чем далее она двигалась тем более странной она, так сказать, становилась. Мы вместе мыслили над высокими идеями но мысли доходили до него с трудом. Он более всего предпочитал сводить такие разговоры либо в игру в шутки либо в прелюдии к играм иного порядка. Именно во время разговоров последнего рода он начинал всячески щупать мои выступающие части тела будто пытаясь исследовать их эмпирический статус, существуют ли они или же являются искусной игрой его все замыкающегося на низменной глупости воображения. Далее он двигался к местам ниже живота и я надеюсь не стоит описывать наше дальнейшее взаимодействие с ним во время такого рода занятий. По первоначалу мне даже очень нравилось это, несмотря на то что оно могло даже очень сильно исчерпать себя еще до того как мы сочетались браком, однако мы сочетались браком и жизнь не то чтобы не поменялась, но она совершенно никак не поменялась, если позволите так выразиться, в лучшую сторону, но наоборот, он стал более приземленным и начал все более и более поглядывать на меня как на свою в некотором смысле женщину. И от этого мне становилось все более и более скучно и более пища для ума в сожительстве ним не была столь подобающей моим умственным запросам. И наконец еще одна история, которая и привела к столь интересным для нас всех последствиям. Ведь получается что происшествие, повлекшее за собой то, что оно за собой повлекло, а именно то, что я выступаю перед вами и пытаюсь докопаться до истины совместными усилиями с вами и другими участниками этой истории. Если все же возвращаться к инциденту, то началось все с того, что меня сильно заинтересовала походка одного человека на улице, мне показалось, так сказать, что в этой походке запечатлено больше всего на свете того, что можно назвать умом и значит человек с такой походкой не мог не обладать умом если не выдающимся, то по крайней мере достаточным для того, чтобы удовлетворить умственные предположения. Нет не подумайте, его походка не выдавала в нем плохого танцора, ему если и что-то мешало, то оно никак не влияло на его походку выказывая тем не менее высочайшее достоинство. Именно тогда мне пришла мысль по дороге на службу (о которой так подробно докладывал предыдущий оратор) как будто невзначай проследовать за обладателем столь прекрасной и умной походки выдающей колоссальное достоинство, которое, тем не менее, согласно моим предположениям, никак не могло не то что компенсировать, но даже войти в критерии оценки человека как личности наравне с его умом, который выражался в легких движениях, которыми он преодолевал грязные лужи совершенно в них не пачкаясь. Далее я, после первого знакомства, увязалась за ним, после чего по пути до службы как будто невзначай вела с ним беседы и так бы и продолжалось если бы не тот случай, который известен вам по протоколам.
После доклада судья повторил вопрос про вопросы, который имел все те же результаты что и прежде.
- Теперь же, как бы это помягче выразиться, мы, так сказать, могли, скажем так, бы выслушать третьего человека, который может высказать свою версию.
- Начальник! Начальник! Убери от меня этих поехавших! Я просто мимо проходил, что вы ко мне пристали! Заберите меня отсюда!