Превратности судьбы
- Сборник
- Young Adult (2023–2024)
Иван Денисович возвращался с опостылевшей работы – на железной дороге. Он шёл, и всё ему казалось таким же хмурым и серым, как его неудавшаяся жизнь. По натуре он был пессимистом, и даже если изредка показывалось солнце, всё представлялось серым. В тот день он пребывал в особо плохом настроении. Вспоминались слова, которые прочитал. Правда, не помнил, когда и кем было написано, а читал много – одна его страсть, которая отнимала время и всегда отвлекала от грустных мыслей. Слова из известной книги М. Горького: “Маленькие нудные людишки ходят по земле моей отчизны. Ходят – и уныло ищут места, где бы можно спрятаться от жизни”.
“Это точно про меня”, – думал он, приближаясь к дому, к нелюбимой квартире, зайдя, как всегда, в ближайший магазин и купив ежедневный завтрак: пол-литра молока, полбуханки хлеба и какие-то консервы.
И вот уже его квартирка, скорее, каморка, которую и квартирой-то назвать нельзя. Это действительно была маленькая комнатка, метров семь – восемь, всё, что осталось от жены, с которой прожил пару лет. Да и поженились как-то серо и буднично, потому что он был уже в той поре, когда нужно жениться, и она мечтала о семье – уже за тридцать, выбирать не из кого. Не по любви, даже не по расчёту, потому что и рассчитывать было не на что. Так прошли два неполных года безрадостной жизни. Ребёнком она не могла его одарить, то ли из болезни, то ли от страха, что не смогут даже просто вырастить и хорошо накормить его. Расстались без сожаления и ссор, быстро разменяли квартирку. Ей досталась комната побольше. Она взяла из квартиры почти всю мебель, оставив лишь маленький стол, стул и железную кровать изо всей домашней утвари.
С такими мыслями он возвращался домой. Поужинав бедняцким набором, часть которого осталась на завтрашний день, лёг в холодную постель, но долго не мог уснуть и вспоминал нелёгкое детство, юность. Он помнил совсем не много из этого, как считал, нерадостного детства. Пожалуй, единственное светлое воспоминание об отце – когда тот брал его на руки и подкидывал вверх, а потом опускал на землю и говорил слова, запомнившиеся на всю жизнь: “Расти здоровым и счастливым”, – ласковые и добрые слова, которые никогда не выходили из памяти, но жизнь уготовила ему на сегодняшний день совсем другую судьбу.
А потом стало ещё хуже. Мать привела в дом чужого мужчину – отец оставил их, когда мальчику было четыре или пять лет. Но пришедшего в их дом ребёнок никак не мог назвать папой, хотя мать долго уговаривала его, а потом всё это бросила, поняв, что бесполезно. Она, когда брала его за руку и гуляла по парку или просто по улице, на все вопросы об отце отвечала неохотно, придумывая на ходу – то в дальней командировке, то долго болел и умер. Со временем Иван понял, что расспросы бесполезны, и перестал касаться этой темы.
Ну что ещё можно вспомнить – школа, железнодорожный техникум и нелюбимая работа, которая не приносила малейшего удовлетворения, так проходили месяцы и годы.
Это было в один из тех обычных дней. Вдруг в его небольшой кабинет вошла она, прежде чем начать практику, которую должна была пройти, чтобы получить место на железной дороге. И когда она просто сказала ему, что её зовут Катя, поднял он глаза и увидел лучезарную улыбку, огненно-рыжие волосы, коротко остриженные, а самое главное – необыкновенно красивые голубые глаза. В сердце что-то затрепетало, как будто лучик озарил его жизнь. Он что-то рассказывал о железной дороге, о работе, которая уже не казалась такой скучной и однообразной. Она слушала, не перебивая, её интересовало всё, даже мелочи. Засиживались допоздна и говорили долго и много о прошлом, о событиях в стране. Темы всегда находились, и началась жизнь, не такая мрачная. А потом впервые пригласил её прогуляться и с ужасом ждал, что сейчас она ответит: “Некогда”, или просто откажется от подобного предложения. Но она с той же лучезарной улыбкой сказала: “Я не возражаю”. Потом были прогулки, он всегда приносил небольшой букет цветов, лишаясь подчас обильного в кавычках ужина. Прошло уже несколько месяцев, но он никак не решался сказать ей о чувствах. И однажды сказал те три слова, без которых не обходится ни одна влюблённая пара: “Я тебя люблю с того момента, когда увидел, и не просто люблю, а очень, очень”. Сердце билось так же, когда впервые увидел её. Через неделю он сделал ей предложение, без надежды, что этот лучик любви не исчезнет. Но ошибся. Слова несколько приободрили: “Я подумаю”. Прошло два мучительных дня, когда он не ждал положительного ответа, она сказала ему: “Да”. Единственное, что очень пугало - как приведёт её в свою комнатёнку с остатками убогой мебели, рассчитывая, чтобы она не сразу ушла. Но Катя, взглянув на это чудо, сказала спокойно: “Ну что ж, будем здесь, ведь ты прожил в ней всю жизнь". Он не мог поверить глазам, они, всегда суженные, как-то расширились, морщины разгладились, а когда она нашла среди завалявшейся утвари какую-то салфеточку, бутылку и поставила букетик, который он не забывал приносить ежедневно, показалось, что каморка преобразилась, стала светлей и просторней. Не верил, что Катя рядом, и он может держать её хрупкую, но такую родную руку в своих. А потом судьба ещё раз вернулась к ним с добрыми вестями, ему дали комнату больше и светлее, и добрые женские руки сделали своё дело – она стала уютнее и казалась больше, чем была. Да и дела пошли лучше, удалось занять новое место с крупным окладом, а она, успешно пройдя практику, получила работу и даже его маленький кабинет.
Так прожили ещё год, когда она, с сияющим лицом, сказала, что у них будет ребёнок. Он сначала не мог поверить счастью, а когда она ещё раз сказала, что это правда, схватил её в объятия и долго кружил по комнате, ещё не совсем веря. Иван втайне всегда мечтал о малыше, который бы дополнил их жизнь смехом, детскими игрушками и маленькими ножками, хотя любое хорошее, что могло произойти в жизни, казалось невозможным. И она сбылась – его и её мечта. Они делали всё, чтобы будущему ему или ей было хорошо в квартире – уже была поставлена детская коляска, кроватка и вещи, которые полагались маленькому существу. И, наконец, наступил день, когда он встретил из роддома её с маленьким мальчиком, только что, по всем правилам, завёрнутым там в голубое одеяло и одетым в такой же чепчик.
Петя рос крепким и более-менее здоровым, с голубыми глазами и рыжими волосиками, обрамляющими голову, как у любимой Катюши. А если заболевал - то была трагедия, вызывали лучших врачей, делали возможное и невозможное, чтоб скорее поправился. Время проходило в трудах и заботах. Баловали так, что очень скоро пришлось это ощутить. Сперва покупали самые дорогие игрушки и сладости, порой отказывая себе во многом, но их любовь была особенной. Мальчик становился подростком и требовал не просто игрушки, но довольно дорогие вещи - опять выполняли его просьбы, а они делались всё менее выполнимыми. Катя, со своим упорством, окончила железнодорожный институт, Иван продвигался по службе, занимая более высокие должности, зарплата росла, квартиру поменяли на двухкомнатную, а денег не хватало, чтобы удовлетворить новые запросы любимого сына. Потом Петя с трудом окончил школу – стали думать, куда бы мог пойти учиться дальше.
Он не хотел слушать ни о какой учёбе, слонялся по улицам города, завёл странных друзей, которых несколько раз приводил в дом, а родители молчали и продолжали баловать его, уже превратившегося во взрослого детину. И случилось, чего они боялись – начал выпивать, курить, затем попал в тюрьму за какой-то, казалось, страшный поступок. Это было мелкое воровство, он просидел совсем недолго, друзья Дениса и Кати помогли, да и они сами обивали пороги тюрем и каждый день носили передачи. Его выпустили, дав небольшой условный срок. Они были настолько рады, что не заметили, как он стал другим – заносчивым, совсем не терпел бесконечных разговоров о доброте и зле, о том, какая неприемлемая может ожидать их и его самого жизнь. Сын пытался скорее убежать из дома, к своим друзьям, которые сделали всё, чтоб он оставался с ними и не слушал надоевших нотаций о жизни. И он снова и снова уходил к ним. Пришло страшное известие: совершил грабёж, угрожающий ему и приятелям десятью годами заключения. Опять родители обивали пороги тюрьмы, слали передачи, из которых ему почти ничего не доставалось.
Когда Иван шёл с работы домой, Катюша сказала, что немного задержится – его сердце колотилось от тревоги, хотя, она была уже давно, такого он не припоминал, тревога буквально съедала всё сердце и душу. Наконец, пришла любимая Катя, сели за стол поужинать, раздался тот самый звонок, они боялись взять телефонную трубку и услышать несколько слов: “Ваш сын в тюремном госпитале, приходите проститься”. И когда пришли в тюремный лазарет, поняли, что всё. Он лежал окровавленный, с запёкшимися ранами, успел прошептать: “Простите меня за всё, ведь я вас очень любил”. Эти слова стали последними, так обошлась с ним судьба, ну, так говорят: судьба, но иногда нужно подумать о ней самому и сделать всё, чтобы не воплощалась в жизнь. Его похоронили достойно, их друзья приходили, чтобы выразить сочувствие и соболезнование, что ещё больше разрывало их сердца на куски. Как написано на кольце мудрого царя Соломона, всё проходит. Это не совсем так, проходит первая страшная боль от утраты, но незаживающая рана остаётся.
И пришёл день, когда милая и любимая Катюша, глядя на фотографию сына, сказала: “Надо нам жить, пока мы не можем друг без друга, и пока не угасла наша любовь”. И так продолжали, ежедневно перелистывая альбом, где он был маленьким, с большими, как у мамы, голубыми глазами. Каждая из фотографий согревала им души: вот подросток, а вот уже красавец юноша. Альбом и фото - всё, что от него осталось.
Прошло уже много лет, они были на пенсии, но любовь не угасла, а горела, как в первые годы. Она напоминала вечный огонь. Ещё несколько лет, и он вдруг почувствовал такую же тревогу – тогда сообщили о смерти сына. Проснулся, чтобы, как всегда, поцеловать жену и взять руку в свои, но почувствовал, что совершенно холодные прекрасные глаза были прикрыты. Тогда он понял, что закрылись не только её глаза, но его тоже. У Кати было больное сердце, никому не говорила - боялась, он страшно расстроится, а сама потихоньку глотала лекарства. И вот закрылись глаза любимой. Жизнь стала мрачной и серой, как до встречи с ней. Казалось, всё кончено, он приготовил таблетки, чтобы как можно скорее быть рядом – ведь теперь не для кого. Схватил несколько штук, не успев даже запить их, последний раз глянул на фото, где были дружной семьёй, и вздрогнув, услышал её голос: “Ради Бога, не делай этого, Иван, нам обоим будет плохо”. Возможно, галлюцинации, а может, и правда, во всяком случае, остановило. Прожил ещё несколько лет и умер так же бесшумно и скоропостижно, как его Катя. По-видимому, она просила Бога и всех святых, чтобы не мучился болезнями. Закончилась история о настоящей любви, о которой многие говорят: невозможна. Когда у двоих любовь, где бывает всё, и ссоры, и разногласия, она не ослабевает, так как у них есть главное – умение терпеть и прощать друг друга.