Все произведения
Настройки
20

Анонимный автор

Вика

Сборник
Весенний романтический конкурс (2021)

Первой мыслью Влада было, что Вика сожалеет о своей открытости, и не хочет давать ему лишних надежд. Мол, просто в тот вечер у нее было такое настроение. Но такая версия нисколько не согласовывалась со всем поведением Вики до того вечера, а главное - Влад был уверен, что Вика не из тех девушек, которые поддаются мимолетным "настроениям".

Опыт Влада по женской части был не слишком велик, хотя за двадцать пять лет жизни он кое-что все-таки повидал. Бывало он влюблялся, но состояние влюбленности быстро проходило, обращаясь в ничто. Он никого не берег в душе, но вот Вику ему вдруг захотелось сберечь.

Самый длинный роман у него был в старших классах. Он длился почти два года, когда Влад подрабатывал в IT-компании. Он любил компьютеры и даже пошел бы учиться на программиста, если бы запутавшиеся любовные отношения не вынудили его покинуть компанию и устроиться подрабатывать на стройку, где он нашел свое настоящее призвание. Выбросив из головы мысли об IT-сфере, он незамедлительно поступил на строительный факультет одного московского вуза.

История, случившаяся с ним в компании, была довольно банальной. Юноше, приехавшему из провинции, негде было жить, и женщина, заведующая компанией, согласилась взять его к себе квартирантом. У этой одинокой тридцатитрехлетней женщины была хорошая двухкомнатная квартира. Комнаты, как говорится, были изолированными, и ни хозяйка, ни жилец вроде бы не должны были мешать друг другу. К тому же начальнице предстояло принять под свою крышу подчиненного лишь на некоторое время - этот момент был обсужден сразу. Подобных молодых шутливых работничков она навидалась: приезжали, суетились какое-то время, а затем или спускали все деньги на столичные развлечения и возвращались в провинцию без гроша в кармане, либо случалось еще что-то непредвиденное - место нашлось получше, допустим.

Влад вселился - кроме ноутбука и одежды у него ничего не было - и приступил к работе. Спокойный стройный молодой человек нравился хозяйке квартиры, однажды вечером она пригласила его к себе на чашку кофе. Влад пришел, был вежлив, старался смотреть в сторону, когда подол юбки хозяйки задирался слишком высоко. Женщина оказалась выпускницей МФТИ, обладала довольно широким кругозором, беседа была интересной. Затем она включила музыку через Bluetooth-колонку. Начальница пожаловалась, что в детстве мать водила ее на танцы, а сейчас, с ее графиком, и потанцевать никуда не выбраться. Влад, немного смущаясь, сказал, что можно танцевать и дома, что же в этом странного. Она сразу же согласилась, и они принялись вертеться и топтаться между диваном и отодвинутым к стенке столиком под звуки приятного даунтемпо. Она танцевала хорошо, но всем телом прижималась к Владу, и он чувствовал, что ему делается как-то не по себе. С одной стороны, чувство было приятно возбуждающим, а с другой - вызывало какую-то неловкость. Как все случилось, Влад позже не мог дать себе отчет, но вдруг они оказались на диване рядом и целовались, словно обезумели. У Влада уже начали возникать хорошо известные планы, однако он все еще сомневался, как и следовало хорошо воспитанному юноше. Но тут начальница вдруг поднялась с дивана, посмотрела на него в упор, погасила свет и сказала:

- Раздевайся.

С тех пор они спали вместе. Влад не имел ничего против, но постепенно начали прорываться новые (а по сути старые как мир) нотки: перед рабочим коллективом начальница стала довольно открыто выставлять их отношения напоказ. Одновременно она поясняла, что Влад может остаться у нее навсегда. Тут-то он и унес ноги.

Сначала он думал воспользоваться моментом, когда начальницы не будет дома, просто взять одежду и ноут, оставить на столе записку и исчезнуть. Но это было невозможно по двум причинам: во-первых, следовало оформить свое увольнение, а во-вторых, он по натуре не терепел подобных хитростей. Итак, одним вечером он собрался с духом и сказал ей все, что считал нужным. Начальница не стала устраивать сцены, лишь улыбалась так растерянно и беспомощно, что Влад почувствовал сильную жалость и едва не изменил своего решения. Но он нашел в себе силы окончить разговор и пошел спать в отдельную комнату, где не спал уже более года. Утром он уже не значился сотрудником компании.

С тех пор Влад избегал слишком близких отношений. И ни к чему не относился серьезно, кроме работы и учебы. Но сейчас дело стало принимать худой оборот - Вика стала заслонять все остальное.

Они познакомились совершенно случайно в вузовской столовой, и открытость и расположенность Вики к нему была чем-то принципиально новым в его жизни. Она не стеснялась трогать его, прижиматься к нему, и все это закончилось каким-то неловким подростковым поцелуем при расставании. Конечно, она была младше, а младшее поколение, как Влад замечал, более раскованно - в его среде распространены обнимашки, в то время как когда Влад учился в школе, за то, что обнял девочку без спроса, можно было и отхватить. Вообще-то все больше крепла уверенность, что Вика его просто стесняется, и гиперкомпенсирует стеснительность фальшивой раскованностью. Для такой уверенности были свои основания. Когда-то в школьные времена Влад попал к своей однокласснице на вечеринку и вышло так, что он должен был уйти почему-то последним, а потом и вообще не ушел. После этого он два дня стеснялся пойти в школу, а матери объяснил, что плохо себя чувствует.

Загадка разрешилась через несколько дней быстро и просто. Влад возвращался с учебы, и перед самым спуском в метро навстречу ему вышла Вика. Влад остановился пораженный и чуть не выронил ранец с ноутбуком.

Вика посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

- Да, я шла за тобой. Родители сегодня уехали в Тарту, к бабушке. Пошли ко мне.

Влад долго глядел на нее в упор, хотел было уже радостно рассмеяться, но только молча взял ее под руку, и дальше они пошли вместе.

Дома у Вики было уютно, это Влад отметил про себя сразу, как только вошел. Квартира начальницы ему уютной не казалась. Все вещи там были на своих местах, дизайн подходил и гармонировал, но чего-то не хватало. А чего - Влад понял уже потом: ни одна вещь или предмет мебели не была расположена таК, чтобы было легко и удобно пользоваться. У Вики было иначе, здесь можно было пользоваться всеми вещами, не опасаясь нарушить выставочную красоту интерьера. Такие дома на всю жизнь запоминаются, такие дома любят, и всегда хочется вернуться в них.

Вика вела себя немножко неестествено, что действовало Владу на нервы. Он понимал причины но разрядил напряженность просто и резко - примерно так как пощечиной останавливают истерику. Он посмотрел на Вику и спросил с безразличным видом:

- И часто ты водишь к себе молодых людей?

Вика на мгновение оторопела, потом вспомнила их недавний разговор и засмеялась безудержным смехом. Влад засмеялся вместе с ней и отметил удовлетворенно, что напряжение девушки пропало начисто.

- Чего ты хочешь, чай или кофе? - спросила Вика.

- А ты сама чего хочешь?

- Чего ты хочешь?

Они опять засмеялись беспричинно, и все время Вика изменялась, будто становилась какой-то другой - медленно но верно.

- Тогда свари кофе, а то еще сон одолеет, - сказал Влад и действительно зевнул. - У вас тут чувствуешь себя настолько по-домашнему, что так и хочется разлечься на диване.

- Ну и ложись.

- Сначала попробую все-таки поседеть.

Вика пошла варить кофе, а Влад предался размышлениям. Кто бы мог подумать, что она пойдет на такое?! Влад уже несколько дней обдумывал, как же надалить с Викой отношения, но толком так ничего и не придумал. А Вика тем часом взяла и сама разрешила все проблемы.

Обычно считается, будто именно женщины усиленно стремятся под венец, и поэтому каждый свободолюбивый мужчина должен быть все время на стороже. На самом деле все ровно наоборот - в молодости именно мужчины мечтают о женитьбе. Может быть, это происходит от того, что постоянная близость матери и ее заботливость еще так свежи в памяти и привлекательны? Кто знает. Как бы там ни было, сидя здесь, в квартире родителей Вики за круглым столом, Влад размышлял именно о женитбе. Разница в возрасте вдруг перестала казаться препятствием, опасаться же за свободу Владу даже не пришло в голову. Он представил Вику своей женой, воображал ее то в одной, то в другой ситуации, и у него все более крепла - нет, не только эрекция, но и уверенность, что они (по крайней мере он) были бы очень счастливы.

Конечно, есть свои подводные камни. Вуз Влад еще не закончил, учиться оставалось долгий год. Кроме того, у него ничего из имущества нет. Вряд ли родители Вики - по крайней мере она сама на то намекала - запретят ему переселиться сюда, если дело зайдет далеко. Места тут достаточно, да и много ли молодоженам поначалу нужно? Отдельная комнатка - и все.

Но что-то во Владе противилось такому решению вопроса. Наверное, еще жила в памяти история с начальницей. Но не это, а определенная мера самолюбия внушала ему внутреннее сопротивление. Глупое, само собой - раз любишь, дурацкую спесь надо выбросить за борт. Или все-таки нет? Или хотя бы не полностью? Так колебался Влад между Сциллой желаний и Харибдой практики жизни.

Вика принесла кофе.

- Чего-нибудь покрепче хочешь? - спросила она.

Мысли Влада, кажется, ясно читались по его глазам, потому что Вика сказала вдруг очень спокойно, словно в ее словах и не было многозначительности:

- Мои родители вернутся домой только завтра.

Значит, она действительно решилась. И только сам черт знает, как следует себя вести. Но это выяснится в свое время.

- Ну что же, налей.

Вика достала из стенного бара бутылку коньяка и два широких бокала. Влад налил в них немного золотистой жидкости и с удовольствием вдохнул богатый аромат.

- Салют, - сказал он и поднял свой бокал навстречу Вике. Рука у нее, как он заметил, немножко дрожала.

- Ты музыку любишь? - спросила она.

На мгновение в памяти возникла двухкомнатная квартира начальницы, Bluetooth-колонка и тридцатидвухлетняя, спортивно выглядящая женщина. Это воспоминание заставило его вздрогнуть, но он тут же отогнал его прочь.

- Да, люблю.

- А какой жанр?

- Хорошую.

- Ну, знаешь. С тобой будет трудно, - сказала Вика, и Владу страшно понравилось, что она сказала "будет трудно": это означало, что она все еще считала продолжение их отношений чем-то, скажем так, естественным.

- Так какую ты хочешь послушать? Только не увиливай от ответа.

- Поставь что-нибудь легкое.

- Монеточка тебе нравится?

Слава Богу, Влад видел как-то раз выступление этой самой Монеточки по телевизору, и теперь ему не требовалось признаваться в своем музыкальном невежестве.

- Ладно, пусть будет она.

Заиграла "Нимфоманка".

- Выпьем еще, - предложила Вика.

Глаза Влада блеснули настороженно. Она что, хочет напиться заранее, чтобы иметь удобное извинение в случае чего? Он отогнал эту мысль и сказал:

- Выпьем.

От такой капли коньяка на дне бокала не захмелеешь. Но поди знай организм молодой девушки. До того, как он поступил на строительный факультет, после истории с начальницей, Влад временно притерся к компании молодчиков, которые только с пол-литра и начинали. Они пили почти три недели подряд, вечерами все валялись в растяжку. Потом Влад одумался - ведь он решил чего-нибудь добиться в жизни, а не спиться почти сразу за рубежом двадцатилетия.

- Знаешь, а я, пожалуй, могла бы стать пьяницей, - сказала вдруг Вика, словно продолжая мысли Влада. - Мне нравится коньяк. Скажи, так и начинают спиваться - когда нравится?

Влад засмеялся.

- А я знаю? Кто как. Лев Толстой вроде бы где-то писал, что есть люди, которые могут каждый день пить водку и все же не превратиться в алкоголиков. И есть другие, которым достаточно одного приличного запоя, чтобы окончательно опуститься, то есть, погрузиться на дно бутылки.

- И все-то ты знаешь, все-то ты читал, - заметила Вика с искренним восхищением. Ее похвала очень обрадовала Влада, но он не подал виду, только пожал плечами.

- Знаешь, есть три сорта людей. Одни знают много и все это выкладывают. Другие знают много, но выкладывают лишь небольшую частицу своих знаний. И еще есть третьи, которые знают очень мало, но все, что знают, выкладывают в компании. Я, пожалуй, отношусь к третьему сорту.

- Не стану я тебя классифицировать, ты же не насекомое какое-нибудь, - сказала Вика и протянула свой бокал. - Налей еще.

- Как бы тебе плохо не стало...

- Мне? Вот ты дурак.

Влад налил еще немножко и подумал - вот оно, щеки уже покраснели, дураком назвала, скоро наступит критический момент.

Вика высосала свою капельку коньяка и сказала совершенно трезвым голосом:

- Тебе-то что, через год закончишь, а мне еще учиться и учиться.

- А ты вообще хочешь заканчивать?

- Конечно, думаешь, я просто так в универ пошла?

- А я вот сначала собирался айтишником стать, - неожиданно для себя признался вдруг Влад.

- Почему передумал?

- Это длинная история.

- А мы никуда не торопимся, расскажи.

- Мне не хочется говорить об этом сейчас.

- Неприятные воспоминания?

- Можно сказать и так.

Вика выдержала паузу и сказала примирительно:

- Ладно, не хочешь - не рассказывай.

Ее покладистость все же заставила Влада добавить:

- Неприятности устроил не я.

- Да ты и не похож на человека, который может устроить неприятности.

- Просто, когда я поступил туда же, куда и ты, строительное дело пришлось мне по душе. Серьезно.

- Значит, все в порядке?

- В порядке.

В комнате воцарилась тишина, и Влад почувствовал, что теперь ему нужно сказать или сделать что-то важное. Только не ясно, что именно. Ясность в ситуацию внесла сама Вика. Она встала из-за стола, села на диван и сказала:

- Иди ко мне.

Влад сел рядом с ней. Вика посмотрела на него сбоку, потом, как в прошлый неожиданный момент, обхватила его за шею и прильнула в поцелуе - но на этот раз в долгом, нисколько не неловком и не подростковом. Наконец оторвалась от Влада и спросила, не сводя с него глаз:

- Знаешь, зачем я тебя сегодня пригласила?

- Думаю, что знаю.

- Думаешь?

- Знаю. Теперь знаю совершенно точно.

- Тогда хорошо. - Вика встряхнула головой так, что ее длинные волосы разлетелись в стороны. - Я немножко странная, верно?

- Нет.

- Жаль. Мне бы хотелось быть странной. Не такой, как другие девчонки.

- Ты и не похожа на других. Но для этого не обязательно быть странной.

- Обычно странными считают тех, кто ведет себя иначе, чем большинство людей.

- Меня не интересуют прописные истины.

- И все равно тебе приходится им следовать.

- Стараюсь делать это как можно реже.

- Ну и хорошо. Теперь я знаю, что по крайней мере со мной ты честен до конца.

Вика умолкла и вдруг разразилась громким смехом. Влад испуганно выпрямился.

- Ты чего это?

Вика закрыла рукой ему рот.

- Тихо, тихо. Разве не смешно - девушка позвала к себе на вечер парня и начинает с такого тарантиновского допроса?

- Ну, значит, так надо.

Вика встала, подошла к столу, налила в оба бокала еще немного коньяка и подала один из них молодому человеку.

- Выпьем, потом я тебе что-то скажу.

Они выпили молча. Вика отнесла бокалы обратно на стол и осталась стоять, повернувшись лицом к Владу и опираясь о стол.

- Ты сказал, что знаешь, зачем я тебя позвала. Да, ты угадал. Я уже в первую нашу прогулку поняла, что так у нас с тобой будет, хотя и не осмеливалась признаться тебе в этом. Вас, парней, не понять - вы одновременно и хотите уже на первом свидании урвать свое, и чтобы при этом оставалась какая-то романтика, что-то еще. А у меня это будет первый раз, меня не устраивало какое-то свидание часика на два лишь бы где - я хочу, чтобы было все красиво, поэтому и привела тебя сюда, в дом родителей. Можешь думать об этом, что хочешь, можешь считать меня сентиментальной или немного чокнутой. Но я считаю, в чем-то вы парни правы. Должно быть и быстро, без рассусоливаний - ну что поделать, время сейчас такое - и с романтикой при том. Так вот мне повезло, наверное. У меня все совмещено. И позвала я тебя сюда не только затем, чтобы "сбросить листву", как говорят девчонки. Мне нужно, чтобы я могла действительно доверять человеку, с кем это произойдет, и уважать его, что бы ни случилось потом. Может быть, мы станем лишь еще одной парой любовников. Но я хотела, чтобы и после, если когда-нибудь о тебе подумаю, могла думать с уважением и искренней симпатией. Вот и все.

Она повернулась к столу, быстро налила в бокал еще каплю коньяка и выпила.

- И теперь ты в этом убеждена? - спросил Влад.

- Ага.

Тяжесть этого единственного слова вынудила Влада опустить плечи. Двадцатипятилетний мужчина - не мальчишка больше. Он уже прошел через всякие воды - и чистые, и грязные, часть жизни у него уже позади. И в двадцать пять лет мужчина знает, что оправдать доверие молодой девушки не так-то просто.

- Почему ты замолчал?

Влад поднялся с дивана, подошел к Вике, обнял ее за плечи и прижал к себе.

Когда они в ее комнатке ложились на узкую постель, Влад спросил:

- Погасить свет?

- Нет. Я хочу видеть тебя. Это ведь тоже романтично - когда видишь...

Вика разделась спокойно, без стеснения. Она решила отдаться вся, хотела, чтобы Влад видел ее такой, какая она есть, чтобы между ними не было никаких тайн.

Когда Влад обхватил ее, она слегка вздрогнула. Влад замер, уточнил шепотом:

- Может быть, ты все-таки...

- Нет, я хочу, - ответила Вика громко.